Шлин открыл большие двери гаража и встал на свой Барсик. Так он называл своего шустрого Снежного барса Буран. Железный конь не раз выручал его от длительных пеших переходов по снежным барханам. В лесах мало дорог и благодаря широким гусеницам машина легко протаптывала новую дорогу. По ним ходили и ездили местные жители и посетители его гостевого дома. Под ногами задрожали резиновые накладки, в руках сжалась рукоять газа. Защитное стекло затряслось и дым остался один, словно забытый седой старик в одиночестве холодных железных гаечных ключей, в глубоком и темном помещении бревенчатого высокого гаража. Барсик нёсся на всех порах! Перед ним медленно приближались снежные заносы, глыбы, ямы, топкая мягкая полынья свежего снега, а позади оставалась прочная цельная полоса. Млечный путь в одиноком космосе, указывающий верное направление к дому, где тепло и уютно. Что скрывается за словом уют? Шлин знал это слово с самой простой и бытовой стороны, как заботу матери, присутствие