Возможно, мюзиклы для меня не являются чем-то проходным, но нечто подобному крайне редко удаётся достаточно сильно впечатлить. Не поймите неправильно, у жанра есть свои отличительные черты, и даже среди известных представителей можно с уверенностью отметить, например, последнюю экранизацию по роману Виктора Гюго Les Misérables, в которой те же Хью Джекман и Рассел Кроу выдавали такие перформансы, что дух захватывало.
Проблема восприятия обычно заключается в том, о чём вещают действующие лица и как построено повествование. С одной стороны, в наличии качественная хореография, приятные на слух вокальные партии и харизма исполнителей. С другой, ядром проекта может служить до скуки простая и банальная история о любви и трагедии или успехе и неудаче, а герои играют так, что ни единому слову не веришь. Можно возразить, что так всё задумано и такова специфика - и это будет чистейшей правдой.
Но даже в таком направлении могут быть примеры, когда хоть и заложен знакомый фундамент, но при этом авторы используют, по крайней мере, нетривиальные ходы. Речь и о сабже за авторством небезызвестной группы Sparks. Изначально сценарий готовился для привычных театральных постановок, но по ряду причин перерос в художественный фильм. Стоит отметить, кто оказался в режиссёрском кресле, но об этом чуть позднее.
Начать можно с того, что перед зрителем разворачивается вроде как приевшаяся любовная история, которая, правда, с первых минут окутана необъяснимым чувством тревоги, прослеживаемой в репликах персонажей Адама Драйвера и Марион Котийяр. В последствии нарратив подведёт к развязке отношений между талантливыми героями, а кульминация оставит по истине неподъёмный груз на душе. Влюблённость перетечёт в зависть, роковая ошибка - в трагедию, а шкурный интерес - в исповедь и мольбы о прощении.
Вы когда-нибудь могли представить, как в контексте мюзикла может ужиться стендап-шоу? Как герой поёт о любимой женщине, пока делает ей куннилингус? Как младенец, не успев произнести своё первое слово, начнёт петь словно ангел? Или как Саймон Хелберг в роли дирижёра оплакивает смерть близкого человека во время выступления? Остаётся только извиниться за возможные спойлеры, но в фильме столько много ситуаций, превращающих некоторые действия в фантасмагорию, что не удаётся сразу переварить подобные микро-сегменты.
Нельзя не признать и недостатки проекта. Как минимум, технические шероховатости, будь то не самый короткий и щадящий хронометраж или же часто повторяющиеся фразы поющих актёров, из-за чего может возникнуть ощущение затянутости того или иного действа. Да и в целом, общая картина происходящего может оттолкнуть выбранными решениями, которых не чурается сам режиссёр.
Теперь можно поговорить о Леосе Караксе, для которого сабж стал первым проектом такого типа за долгую и при этом не самую продуктивную карьеру. Являясь одним из авангардистов новой французской волны в кинематографе с середины 80-х, товарищ снимал меланхоличные и странные истории о любви, главным героем которых, по факту, был он сам. Последний фильм тоже не стал исключением, пускай и сценарий впервые вышел не из-под его руки.
Сюжет сам по себе самодостаточен и не скрывает поднимаемые темы за сложночитаемыми образами. Если же быть в курсе биографии французского визионера, знать о его гражданской жене Екатерине Голубевой и её по истине загадочной смерти, то в нарратив вкладывается дополнительный подтекст. Опять же, необязательно владеть этой информацией, чтобы оценить картину, но параллель с реальными и трагичными событиями увеличивает и без того высокий градус драматизма.
Уверен, к результату проделанной работы у многих есть и будет множество претензий и вопросов, но лично для меня это оказалось настоящим открытием и одним из лучших фильмов за уже позапрошлый год. И если вспомнить, с чего начинался текст, то даже в не самом любимом направлении кино может встретиться что-то незабываемое и впечатляющее.
Ссылки: Кинопоиск / IMDb / Letterboxd