Автор статьи - Диана Хохлова
Недавно в блоге одного известного генеалогического проекта я прочитала о важности сохранения “домашней истории” — когда люди из нескольких поколений собираются в родовом гнезде, хранят его быт, традиции и привычки. Полотенца, вышитые прапрабабушкой, старинный буфет, посуда, картины, приобретённые или созданные предками, или фотоальбомы, запечатлевшие семью на протяжении полутора столетий. Это —бесценные артефакты. Однако, согласитесь, что далеко не каждая российская семья может похвастаться такими богатствами?
Начиная с 1861 года, целый ряд событий в истории нашей страны заставлял наших предков менять места проживания, порой навсегда оставляя в прошлом то, что окружало их в повседневности. Переселение в ходе Столыпинской аграрной реформы, революции, раскулачивание, голод и репрессии 1930-х, оккупация и эвакуация во время Великой Отечественной войны, заставлявшие людей покидать родные места с парой узелков багажа. А после — всесоюзные стройки, урбанизация и, конечно, распад СССР.
К сожалению, таким образом зачастую утрачивались не только фамильные реликвии, семейные фотоальбомы и важные документы, но и семейные предания, традиции и порядки. А ведь каждому из тех, кто интересуется историей своей семьи, наверняка интересно было бы знать: какие пироги пекла его прапрапрабабушка по праздникам? Какие песни при этом напевала? А как был украшен домашний текстиль? Как топили печь и в каком доме жили? Счастливцы те, кому не составляет труда узнать это. Но как же быть остальным?
Я сама родом из небольшого города Набережные Челны, построенного в 1970-е годы. Или… наверное, можно сказать, что я там родилась, но оттуда ли я родом? Мои бабушки и дедушки, как и многие тысячи других молодых советских граждан, попали в этот город во время всесоюзной стройки КамАЗА, но даже мои родители не родились в Набережных Челнах. При таких исходных сходу мне было довольно сложно ответить на вопрос о том, откуда мой род и как жили мои предки. Ниже я хотела бы рассказать о том, как генеалогия “в поле” помогла мне ответить на эти вопросы.
Одна из моих бабушек родилась в 1949 году в Пермского крае. Однако её мама оказалась на Урале всего за 7 лет до её рождения, а прежде она и все её предки проживали в Ленинградской области. Оказалось, что в 1942 году во время блокады прапрабабушка с детьми была эвакуирована в Молотовскую область (где и умерла от голода), а после войны все её дочери вернулись на прежнее место жительства. Кроме одной - моей прабабушки, вышедший в месте эвакуации замуж. Конечно, она поддерживала переписку с родными, и даже моя бабушка помнит, что в её молодости приходили письма от некой тёти из-под Ленинграда, но к началу XXI века связь прервалась, и мне уже некому было ответить о происхождении этого рода.
Летом 2018 года, когда я уже училась на третьем курсе истфака, мы с мамой написали письмо в администрацию Ленинградской областью с просьбой найти контакты той самой тёти. Сейчас, будучи уже опытным генеалогом, я считаю, что тогда произошло почти невероятное: нам прислали официальный ответ, в котором сообщили, что связались с нашей предполагаемой родственницей и с её согласия высылают нам номер её телефона.
В ходе звонка оказалось, что это та самая тётя! Осенью мы поехали в гости знакомиться с родственниками, и эта поездка оказалась одной из главных причин тому, что я стала генеалогом.
За три дня поездки мы узнали множество важных и интересных вещей о наших предках. Нам показали старые фотографии семьи, рассказали о судьбах сестёр моей прабабушки, вернувшихся после войны на родину. Отвезли нас на местное кладбище, где мы нашли могилы предков. А ещё лесными тропами, по мхам, полям и болотам провели к тому берегу, на котором до войны стоял дом моей прапрабабушки, на котором женщины стирали бельё, а мужчины ловили рыбу. Когда мы вернулись в тот день домой, то все вместе стряпали ржаные калитки с картофелем - по тому самому рецепту, по которому их пекла моя прапрабабушка. В этой поездке было ещё много разных деталей, запавших мне в душу.
Наверное, этот опыт генеалогии “в поле” (и даже в буквальном смысле —в чистом поле) впервые позволил мне по-настоящему понять, кто я и откуда. И пусть на месте, где жили мои предки, трава по пояс: я видела это место, я знаю, кто мои предки, и смогу рассказать об этом своим детям в будущем.
Генеалогию “в поле” мы применяем и в нашей работе: с нашими клиентами или самостоятельно ездим на места проживания предков, фотографируем местность и, если нам повезло и в этом месте ещё живут люди, общаемся со старожилами, изучаем местные библиотеки и посещаем кладбища. Главное - не забыть вооружиться диктофоном и хорошей камерой!