Тут Ирочка услышала позади себя громкое сопение и обернулась. По диагонали от неё в самом углу офиса находился стол еще одного сотрудника – Синичкина Василия. Его белая рубашка в оранжевую полоску просила, чтобы её не только стирали, но и еще иногда и гладили. Но, видимо, хозяин не считал, что это жизненно необходимо, поэтому легкую помятость пытался спрятать за синим вязанным жилетом. В отличие от Женечки, Синичкина сложно было назвать красавцем. Обычный парень с недельной щетиной, которая должна была выглядеть брутально, но этого не случилось. Рыжая бородка скорее походила на козлиную, чем на проявление мужественной небритости. Василий поправил очки и принялся усердно точить простой карандаш маленьким складным ножичком. Почувствовав внезапно на себе посторонний взгляд, Синичкин начал с удвоенной силой нажимать на карандаш. Грифель не выдержал и сломался. Синичкин от неожиданности потерял равновесие и ткнулся носом в стол. Желтая лампа, стоявшая на самом краю стола, покачнулась и повалилась в мусорную корзину. Провод, словно хвост бешеной крысы, зацепил собою стопку бумаг и потащил за собой. Синичкин кинулся собирать отчет, разлетевшийся в разные стороны.
Ирочка, наблюдавшая за этой нелепой ситуацией, негромко хихикнула. Только что она наблюдала две совершенно противоположные картинки: апполоноподобный Евгений Павлович с нимфой в саду наслаждений и забавный Синичкин в стиле клоуна-мима.
«Почему жизнь подсылает мне мужчин, которые стоят на самом краю моего сознания? Почему ну жно бросаться из крайности в крайность? Почему я не могу встретить того, кто будет где-то посередине всего этого безобразия? Вот как выбирать из этих двоих? Совершенно невозможно!»
Синичкин, стоя на коленях на полу, резко поднял голову и встретился со взглядом Ирочки. Его уши густо покраснели, и он отвернулся. Он быстро собрал ворох бумаг, водрузил лампу на стол, а сам уселся на своё место. На всякий случай он решил замереть на пару минут, чтобы не уронить еще чего-нибудь на пол, пока за ним наблюдает Ирочка, и не прослыть криворуким неудачником.
«Нет, это явно не Синичкин, – Ирочка вернулась снова к своему отчёту. – Он слишком нелепый для этого: романтик из него так себе, да и не нравится он мне совсем. Какой-то не мужественный этот Синичкин. Принцы так не выглядят. Они… Хотя… Кто сказал, что у Женечки могут быть настоящие чувства, потому что он похож на принца, а у Синичкина – нет? Весна же ненастоящая для всех! Нет-нет, это явно не они… Но, тогда, кто? Олег на больничном уже неделю, а больше мужчин у нас в отделе не осталось».
(продолжение следует)