Берется классическая хронология, где точкой отсчета Смуты является вторжение самозванца в Россию (если мы берем точку отсчета пресечение династии московских Рюриковичей и восшествие на престол выборного царя Бориса Годунова, то датой отсчета будет 1598 г.).
Причинами и предпосылками Гражданской войны нач. XVII в. являются: Ливонская война и Опричнина, которые вызвали общий хозяйственный и экономический кризис, рост недовольства населения, бегство крестьян на окраины, запустение земель; Династический кризис – прерывание династии московских Рюриковичей и подозревание Годунова в причастности к убийству царевича Дмитрия; Голод 1601-1603гг. – еще больший рост недовольства (народ считал, что Бог наказывает их за избрание незаконного царя).
В период Смуты заинтересованными сторонами (Речь Посполитая, московская княжеско-боярская аристократия) будет активно использоваться институт самозванства, популярность которого позволит ему просуществовать вплоть до конца XVIII в. (вспомните Емельяна Пугачева, который выдавал себя за императора Петра III). Самозванцы в Смуту использовались как консервный нож, призванный вскрыть государственность России. Однако без помощи народа у них бы ничего не вышло, а вот поддержка складывалась из двух составляющих: вера народа в доброго царя, что с его приходом все станет хорошо (такие настроения присутствуют до сих пор в современной России). Эта часть общества (крестьяне, посадский люд, холопы) действительно верила в существование законного царя; прикрытие для грабежей, захвата территорий, усиления власти враждующих группировок. Использовалась в основном привилегированными слоями и интервентами, которые под урапатриотические лозунги банально наживались на бедствиях простого народа (однако этим не гнушались и выходцы из податных слоев, все перемешалось, на то она и Смута (Гражданская война).
В 1604 г. в Малороссии, принадлежащей тогда Речи Посполитой, появляется некто Григорий Отрепьев, который был бывшим послушником патриарха Иова (поэтому хорошо разбиравшийся в придворной жизни), но, проворовавшись, был вынужден бежать из Москвы. На чужбине он выдает страшную тайну, что он является якобы чудом спасшимся царевичем Дмитрием (сыном Ивана Грозного от седьмой жены Марии Нагой), т.е. имеет все законные права на престол.
Польские магнаты, шляхта и католическое духовенство, мечтавшие о грабеже и присоединении русских земель, быстро пролоббировали встречу с королем Речи Посполитой Сигизмундом III (1587-1632), который поддержал поход Лжедмитрия в Россию. Приняв тайно католичество, Григорий обещал подчинить РПЦ папе римскому через унию, а королю передать Смоленск и Чернигов. Начинается подготовка к вторжению.
В окт. 1604 г. Лжедмитрий вошел в Ю-З пограничные уезды России. Поначалу его маленький отряд состоял из наемников представителей мелкопоместной польской шляхты, но по мере продвижения в глубь России к нему присоединяются дети боярские (дворяне), крестьяне, посадский люд, тысячи беглецов и холопов. К январю 1605г. войско самозванца достигло 15тыс. человек. Лжедмитрию без боя сдаются Чернигов, Путивль, Курск, Кромы и др. города. Однако победоносное шествие заканчивается в янв. 1605 г. поражением под Севском. Наспех собранная армия Лжедмитрия была разгромлена правительственными войсками под командованием боярина Мстиславского Ф.И.
Казалось бы, на этом можно было бы поставить точку в молниеносной карьере незадачливого авантюриста, однако в апр. 1605 г. неожиданно (если не сказать большего) умирает Борис Годунов, и Лжедмитрий собирается в новый поход на Москву. В мае 1605 г. под Кромами на его сторону переходит правительственная армия с воеводами Голицыным В.В. и Басмановым П.Ф. (скорее всего была договоренность с Лжедмитрием освобожденных от присяги феодалов после смерти Годунова). В то же время в Москве идет зачистка родственников Годунова, где 2 июня в результате мятежа сторонники Лжедмитрия (местные бояре, ненавидящие Годунова) убивают юного царя сына Годунова Федора и его мать Марию (дочь Малюты Скуратова-Бельского, видного опричника, ближайшего помощника Ивана Грозного).
20 июня самозванец торжественно въезжает в Москву, где был опознан «своей матерью» Марией Нагой (инокиней Марфой) и через месяц венчан на царство.