Есть такая довольно распространенная практика – если тебе плохо, трудно, больно, тяжело, нужно представить себе кого-то, кому гораздо хуже. Объективно труднее, сложнее, больнее. И я, например, к этой практике постоянно прибегаю – она хорошо помогает в особо трудных и запутанных случаях.
Но эту практику я стараюсь никогда никому не советовать и не рекомендовать. Во-первых, потому что у людей очень разный порог чувствительности и боли, и ерунда для одного является полнейшей жизненной катастрофой для другого. Сравнение с другими, особенно данное со стороны, обесценивает трагедию и боль, которую каждый человек имеет полное право проживать именно так, как он ее чувствует.
Если он чувствует, что его расставание с любимым человеком хуже, больнее, приносит гораздо больший ущерб, чем испытывают люди, пострадавшие, допустим, от наводнения, это его право. Он так чувствует. И советовать ему, что и как он должен чувствовать, по меньшей мере странно, а по большей – грубое вторжение в личные границы.
Во-вторых, эта практика имеет огромный побочный эффект. Потому что как только ты начинаешь сравнивать, ты сравниваешь себя не только с теми, кому хуже, чем тебе, но и с теми, кому лучше. И от этого начинаешь чувствовать к себе острую и сильную жалость, и твои страдания не только не облегчаются, но и усугубляются. И это чревато тем, что свои страдания ты можешь поставить на пьедестал – отлить их в бронзе и начать поклоняться им, как золотому тельцу.
Требовать к себе жалости других, их сострадания, внимания. Терпения, снисходительности. Практической помощи, безвозмездных преференций. Права мстить, несправедливо наказывать обидчиков, мучать их и издеваться над ними. Полнейшего оправдания за все свои неблаговидные, жестокие и агрессивные поступки. И именно что не просить, не ждать, не рассчитывать на все это, а требовать.
Если человек относится к своим страданиям, как к некоему капиталу, он очень легко относится к причинению ущерба другим людям – он позволяет себе все описанные выше манипуляции, психологическую агрессию и вполне себе физическое насилие, как будто страдание дает ему полное право все это делать. А это, конечно, совсем не так – никто не имеет права на агрессию, даже сам пострадавший от этого человек.
Это кажется неочевидным, когда ты переживаешь страдание и боль, когда твои границы нарушены агрессивным и грубым вторжением, когда ты подвергаешься жестокости. Кажется, как будто это страдание дает тебе право разобраться с обидчиком так, как ты этого сам пожелаешь, включая любую возможную ответную агрессию. Но это не так, потому что такой ответ только увеличивает зло на земле. И всегда есть способы призвать обидчика к ответу и добиться для него справедливого возмездия, не прибегая к насилию.
Так что да, этот побочный эффект значительно снижает всю пользу сравнения себя с другими. Избежать этого эффекта при применении этой практики можно только в одном случае – если всегда точно знать, что никакое твое страдание не должно стать источником нового зла для других.