Орловские коммунисты сегодня отмечают 30-летие создания в Орле отделения КПРФ. В связи с этим секретарь обкома партии Иван Дынкович опубликовал историческую справку о том, как это происходило.
Коммунист напомнил, что 23 августа 1991 года КПСС в новой России была распушена.
«В стране произошла контрреволюция, в результате которой был разрушен Советский Союз, ликвидированы многие завоевания социализма, — пишет Дынкович. — Началось расхищение государственной собственности, имущества, полным ходом пошла дикая приватизация».
По словам Дынковича, в этот момент «перед каждым коммунистом встал вопрос об определении своей позиции».
«Некоторые затихли, растерялись, крепко задумались о своей судьбе, многие находились в состоянии шока. Произошёл раскол: часть бывших членов компартии оказалась по другую сторону баррикад, — рассказывает секретарь обкома. — Но истинные коммунисты остались верны своим убеждениям и не прекращали политическую борьбу ни на день. Они понимали, что именно после запрета КПСС, разрушения СССР, когда шло массированное наступление на права трудящихся, коммунисты должны вести борьбу с контрреволюцией».
Практически сразу же после запрета КПСС в Орле была создана Социалистическая партия трудящихся (СПТ) и образован политсовет. В него вошли около трёх десятков самых активных коммунистов города, среди которых, конечно же, был и нынешний первый секретарь обкома КПРФ Василий Иконников.
«Работать приходилось в необычных полуподпольных условиях: без финансовых средств, помещений, оргтехники, телефонной связи и, естественно, без поддержки властей», — пишет Дынкович. И подчеркивает, что коммунисты не опускали руки, ведь на их стороне был «энтузиазм и хорошо подготовленные кадры».
«На свои заседания Политсовет собирался на квартирах, в библиотеках, музеях. С первых же дней рассматривалась задача создания газеты «Товарищ». Несмотря на огромные сложности, она была решена. Редактором газеты был В. Н. Иконников», — продолжает Дынкович.
В конце 1992 года началось возрождение партии. «Первое собрание обновлённой Компартии России в Орле вылилось в настоящий праздник», — пишет секретарь обкома. В зале Дворца культуры завода «Дормаш» 23 января 1993 года собралось более 700 человек, «мест не хватило, люди стояли в коридорах».
«Полтора года убеждённые коммунисты жили в обстановке антикоммунистической истерии, раздуваемой абсолютным большинством СМИ. И вот собрались единомышленники, почувствовавшие, что вместе они — немалая сила, с которой власти придётся считаться», — пишет Дынкович.
На тот момент уже был принят указ президента о выборах главы администрации Орловской области. Коммунисты решили поддержать на выборах Егора Строева. Но перед этим возникла дискуссия.
«Звучал вопрос: «А почему мы не видели Строева в рядах борцов за восстановление партии?» Многие выступления оказались пророческими. Егор Семёнович в начале девяностых был не совсем таким, каким он стал позже. Многие из тех, кто тогда стоял рядом с коммунистами, пользовались этим для достижения карьерных целей, — продолжает Дынкович. — Не выдержали искушения многие бывшие наши товарищи, соблазнившись деньгами и собственностью…Но без поддержки компартии Е. Строев никогда бы не победил на выборах главы администрации Орловской области 11 апреля 1993 года».
В 1993 году город и область вошли в «красный пояс» России, утверждает Дынкович. На первых выборах в Госдуму коммунисты одержали победу: депутатами стали первый секретарь обкома КПРФ А. А. Зотиков, первый секретарь Орловского горкома КПРФ В. К. Соколов, а также В. А. Фролов и В. Н. Смоляков.
13—14 февраля прошёл II чрезвычайный съезд Коммунистической партии Российской Федерации, на котором были приняты программа, устав и другие документы партии. Председателем ЦК КПРФ был избран наш земляк Геннадий Зюганов.
Напомним, что на данный момент в Орловской области уже второй по счету губернатор — член КПРФ. Впрочем, в горсовете Орла у коммунистов сегодня лишь 4 мандата, а в областном совете — 11. До того, как в Орловской области губернаторами стали становиться представители компартии, дела с местами в горсовете и облсовете у коммунистов были гораздо лучше, что не раз отмечали политологи.