Вообще я большой любитель именно архитектуры (ну, материальной культуры в целом тоже, но архитектура — это как десерт всегда для меня). И, как по мне, когда Гюго говорил, что собор — это книга, он был прав лишь отчасти. Дело в том, что архитектура на протяжении веков чем только не была. Вот, например, для египтян — это целый мир в миниатюре. Ну, миниатюрность там, конечно, относительная.
Сразу оговорюсь, я не любитель всяких ничем не подтверждённых теорий, а потому для меня пирамиды, о которых на рен-тв снимают целые сериалы, далеко не самые интересные и полезные. Это гробница, даже нет, это часть гробницы. Но отчасти путь их развития тоже интересен.
Итак, начнём с того, что до нас не дошло ни одного жилого дома древнего египтянина, ведь они строились из известняка, а поддерживающие элементы представляли собой связанные пучки тростника. Но мы знаем, как он выглядел, этот самый дом.
Как так? Кто в этом «виноват»?
Нил. Вообще если не знаете, что сказать о древнем Египте, говорите «Нил» и многозначительно смотрите вдаль. Итак, дело в том, что солнце восходит над восточным берегом Нила, а заходит — над западным. Что есть солнце для египтянина? Бог, конечно. А куда ж он девается, попав на западный берег? Погибает (здоровья ему, как говорится).
И вот так удивительный египетский мозг приходит к тому, что запад — царство мёртвых. А это значит, что и умирающий человек должен, по сути, просто переехать жить на западный берег Нила. И вот, в течение туевой хучи лет, на протяжении существования Египта со всеми его царствами мёртвых хоронят на западном берегу Нила (археологический восторг).
Понятное дело, бедняков просто закапывают в песочек. Кстати говоря, природа Египта настолько преисполнена, что захороненные просто в песок бедняки подчас мумифицировались и сохранялись куда лучше помазанников РАшных. Но помазанники нам тоже пригодились, ведь для них строили что?
Ага, гробницы. Только поначалу они ничем не были похожи на пирамиды. А на что же тогда?
Дак вот, на дом. Только египетский вождь народов не дурак, он понимает, что на западе ему жить плюс-минус вечность, А потому домик себе мастерит не из говна и палок (ну уж простите, исторический факт, хехе), а вполне себе из камня. Такое сооружение называется мастаба.
На самом деле оно не полое изнутри это цельный такой монолитный кубик над длииииной шахтой. На поверхности, правда, всё же есть маленькая комнатка, куда приносят дары почившему. На стене комнатки — дверь, которую никогда не открыть живому.
А что пирамиды? История — удивительная штука, мы вполне можем знать до мельчайших деталей какую-нибудь не слишком-то значимую штуку, но пропускать эпохи. В данном случае прелесть в том, что мы, кажется, знаем когда точно и почему появились первые пирамиды. И египтяне знали и нам оставили. Был такой фараон — Джосер, ну, скажем, в 28 веке до н. э. И, как и всё фараоны, решил он отгрохать себе мастабу (деньги на похороны отложить, если по-нашему). Нанял крутого архитектора и решил отваливать денежку, пока живёт. И вот, мастаба почти построена, а он живёт. Украшена — живёт. Полностью завершена… Живучий гад продолжает небо коптить. И деньги выделять. Архитектор, видимо, был весьма честен, а потому… Построил ещё одну мастабу на крыше прежней. А потом еще парочку друг на друге.
Хм, а что это тут у нас? Пирамида! Пока ступенчатая, ну и ладно. Случилось ведь абсолютно непоправимое: человек устремил взгляд в небо, его строение уперлось в небосвод. Прежде и хижины и жилища богатых как бы стелились по земле. Теперь человек запрокидывал голову и в солнечных лучах видел, насколько он могуч. Инженера-архитектора звали Имхотеп. И он был обожествлен наравне с фараоном.