В рамках проекта просмотра странного кино посмотрел фильм «Сотовый телефон» китайского режиссера Фэн Сяогана. Честно говоря, давно хотел: в силу своего увлечения Китаем был наслышан о том, каким социальным потрясением (по другому не скажешь) стал этот фильм для китайцев после его выхода в прокат в 2003 году.
Дело даже не в той кассе, которую он собрал (а незамысловатая истории о мужике, погуливающем налево и погоревшем из-за мобильника, стала лидером проката). Дело в тех последствиях, которые лента имела. Вот как описывалось происходящее в одной тогдашней статье:
«Миллионы зрителей (особенно зрительниц) «Сотового телефона» почувствовали, что сюжет этот вовсе не фантазия сценариста и режиссера, а самая что ни на есть суровая правда жизни! И началась настоящая вакханалия, которую, в отличие от атипичной пневмонии и птичьего гриппа, никакой карантин остановить не может. Жены и подруги требуют распечатки исходящих и входящих звонков своих любимых и просмотра всех SMS-посланий. Если те сопротивляются, это расценивается как доказательство вины. О серьезности ситуации, которую национальная пресса уже окрестила «паранойей», свидетельствует тот факт, что крупнейший оператор мобильной связи — компания China Mobile — провела две пресс-конференции, во время которых старательно объясняла всей стране: как минимум две ситуации, показанные в фильме, в жизни невозможны».
Согласитесь, интригует. Что же такое надо было показать в кино, чтобы ввергнуть в психоз многомиллионную нацию?
Ну вот, посмотрел. Не впечатлился.
И дело даже не в переводе, который оставлял желать лучшего. Дело в том, что «Сотовый телефон» очень китайское кино. Это фильм, сделанный для внутреннего рынка, материковым китайцем для материковых китайцев. И это ОЧЕНЬ важно.
Даже если переводчик ляжет костьми, толкового перевода все равно не получится: объяснять придется столько, что объем комментариев многократно превысит сам текст. Например, немалая часть диалогов фильма посвящена проблеме диалектов на телевидении (главный герой Янь Шоуи – телезвезда)? Ставить изображение на паузу и читать залу краткую лекцию, что в Китае почти сотня диалектов, разбитых на семь общепризнанных групп (плюс три спорные, плюс неклассифицированные), и носители большинства из них просто не понимают друг друга? Объяснять, что именно по этой причине передачи общекитайского телевидения непременно дублируются субтитрами (письменный язык у всех един)? Ну ладно, объясним.
А в фильме уже про непростые отношения между пекинцами и хэнаньцами. Объяснять, кто такие хэнаньцы? А потом специфику традиционного похоронного обряда? А потом…
Поймите меня правильно: проблема «Сотового телефона» не в сценарии. Сама по себе история, показанная в фильме, вполне интернациональная: покажи мне такую обитель, где мужья не гуляют от жен. Проблема именно что в деталях, в которых прячется известно что. Именно эти детали и заставляют китайского зрителя сжиматься от счастья: «Э! Да это же про нас, про меня!».
И они же оставляют равнодушными всех остальных.
И тут я сам вспомнил. Лирические комедии, ставшие национальным достоянием, реплики героев, разошедшиеся на пословицы, невероятная популярность внутри страны и почти полная невостребованность за рубежом…
Такое есть в любых странах. "Служебный роман" вспомните.
Кино только для тех, кому не придется объяснять, чем занимается в рабочее время Шурочка-общественница. И полная невостребованность теми, кому надо переводить фразу: «А в ГУМе сегодня блейзеры выбросили».
_______
Подписывайтесь на канал!