В январе 1866 года вышел в свет роман Фёдора Достоевского "Преступление и наказание". Восторженная публика и не догадывалась, что эта вымышленная история окажет роковое влияние на жизни реальных людей.
Утром 21 января 1893 года дворник Иван Архипов почуял запах гари и увидел дым, вырывающийся из-под вери квартиры, которую занимала владелица дома во 2-м Знаменском переулке в Москве. Он немедленно вызвал городового, вместе они вскрыли дверь и вошли внутрь. 68-летняя Варвара Карепина лежала на полу в кабинете. Верхняя часть туловища ужасно обгорела.
Рядом с трупом валялись осколки керосиновой лампы. Дверь в кабинет была закрыта изнутри. Создавалось ощущение, что женщина пыталась заправить лампу или уронила горящую керосинку, из-за чего возник пожар, и огонь перекинулся на одежду.
Газета "Московский листок" тут же откликнулась статьёй "Жертва скупости". Автор отмечал, что пострадавшая была не бедной женщиной. Она получила доход с пяти принадлежавших ей жилых домов, но при этом не держала прислуги, экономила на всём и проживала в обшарпанной квартире. Даже лампу керосином заправляла сама, вот и поплатилась за излишнюю бережливость.
Архипов пояснил, что работал у Карепиной с ноября прошлого года. До этого ей 20 лет служил его отец. Прислуги домовладелица не имела, опасаясь кражи, но без дворника обходиться не могла. Все двери внутри своей квартиры Карепина держала на запорах. Пользовалась только чёрным ходом, куда доставляли продукты. Кроме сына, ни с кем не общалась.
Сын, служивший в Варшаве, изредка навещал мать. Последний раз был как раз перед Новым годом, оставил 100 рублей и золотые часы со сломанным механизмом.
Кроме того, приехавший сын на похороны рассказал, что у Карепиной было около 12 тысяч рублей в процентных бумагах. Одну часть она хранила в большом деревянном сундуке, а другую - в ящике того самого стола, возле которого обнаружили труп. Но при осмотре никаких ценностей не нашли, а на столе и в ящиках царил беспорядок.
Следствие поручили одному из лучших сыщиков - Николаю Сахарову. Он указал на неестественное положение трупа. Загоревшийся человек сам так упасть не мог. К тому же если бы Карепина нечаянно разлила керосин, то он скорее попал бы на юбку, а не на верхнюю часть платья.
Сахаров установил, что крючок на двери вкладывался в петельку сам собой если его ударить стоймя и ударить по притолке. Это мго сделать преступник. Если учесть пропажу ценностей, то всё указывало на убийство с ограблением.
Московская общественность затрубила. Ведь Карепина была родной сестрой Фёдора Достоевского, автора романа "Преступление и наказание". Там бедный студент Раскольников убивает и грабит старушку-процентщицу. Все в один голос говорили: Достоевский зловещим романом предсказал судьбу сестры.
Сначала подозрение падало на дворника Архипова. Он странно вел себя на похоронах. А через некоторое время стал захаживать в трактир, где заказывал «подороже». Купил новые сапоги и сделал дорогой подарок подружке.
Но обыск у Архипова ничего не дал. Зато одна девица легкого поведения рассказала полицейскому осведомителю, что на Знаменке с 20-х чисел января стал появляться некий франт. Одевался нелепо, но дорого, сорил деньгами, таскал с собой крупные суммы в процентных облигациях. Это был Федор Юргин, бывший студент, а ныне запасной драгунского полка.
Полиция обнаружила на его квартире и ценные бумаги, и часы, и еще некоторые вещи Карепиной. На следствии он показал, что его земляк Архипов однажды по пьянке наболтал, что «барыня продала один из своих домов за 30 тысяч и хранит деньги дома». «На что старухе такое богатство?» — решил Юргин и начал уговаривать Архипова ограбить его хозяйку.
И однажды уговорил-таки пустить в квартиру. На очной ставке Юргин сознался, что задушил Карепину, выкрал все ценное, а затем инсценировал пожар.
Он был приговорен к бессрочной каторге. Архипов, как сообщник, получил 20 лет. Весь год московские книготорговцы делали небывалые барыши, продавая переиздание романа Достоевского.