Найти в Дзене
правдоруб79

Одиночество

Одиночество — для меня оно словно пророчество, есть вода, есть еда, но не хочется, без тебя я как меч, что не точится, как котёнок, что нА руки просится. Проросло во мне семенем творчество, я как мел по доске, что не крошится, как гадюка, ногами не топчется, как вода на Крещение не портится. Конь, что в поле до одури носится, безмятежно уносится в прошлое, ты печаль моя старо-мещанская, кровь кипит во мне Древне — Славянская, степь горит Татаро - Монгольская, только хочется мне ещё большего! Птицы перьями, падают камнями, колосится сознание травами, и границы становятся плавными, преимущество над безымянными. Кнут да пряник — позиция сильного, только всё это — опера мыльная, для цыганки важна область тыльная, чтобы видеть глазами постылыми. Так идти могу до бесконечности, для меня нет вопросов о вечности, пусть сейчас расстояние тянется, будешь только моею, красавица. Возвращаюсь в своё одиночество, мыслей много, точнее их полчище, если в них ты со мной — побеждаем всех, одиночество м

Одиночество — для меня оно словно пророчество,

есть вода, есть еда, но не хочется,

без тебя я как меч, что не точится,

как котёнок, что нА руки просится.

Проросло во мне семенем творчество,

я как мел по доске, что не крошится,

как гадюка, ногами не топчется,

как вода на Крещение не портится.

Конь, что в поле до одури носится,

безмятежно уносится в прошлое,

ты печаль моя старо-мещанская,

кровь кипит во мне Древне — Славянская,

степь горит Татаро - Монгольская,

только хочется мне ещё большего!

Птицы перьями, падают камнями,

колосится сознание травами,

и границы становятся плавными,

преимущество над безымянными.

Кнут да пряник — позиция сильного,

только всё это — опера мыльная,

для цыганки важна область тыльная,

чтобы видеть глазами постылыми.

Так идти могу до бесконечности,

для меня нет вопросов о вечности,

пусть сейчас расстояние тянется,

будешь только моею, красавица.

Возвращаюсь в своё одиночество,

мыслей много, точнее их полчище,

если в них ты со мной — побеждаем всех,

одиночество мысли — великий грех!