Налогов помещики не платили, согласно «Жалованной грамоте дворянству» могли не служить вовсе, но, тем не менее, определённые обязанности всё же несли. И главная среди них была напрямую связана с армией. Точнее, с её комплектованием.
Исполнительная власть зорко следила за тем, чтобы помещики обеспечивали армию необходимым людским ресурсом. В каждой губернии вёлся список владельцев имений, и указывалось количество рекрут, которые они были должны поставить на военную службу.
Если помещик не мог выставить необходимого числа и качества рекрут в своём поместье в одной губернии, то обязательства никуда не девались, а переносились на собственность в другом месте. При этом, долги распространялись на всех владельцев, не взирая на возраст и пол. Такова, например, история поставки рекрут с имения отставного подпоручика Пехотного генерал-фельдмаршала герцога Веллингтона полка Аполлона Ивановича Галахова (или Голахова), помещика села Мордова Сапожковского уезда Рязанской губернии.
Во время проведения 8-го частного набора с Восточной полосы империи, Дворянский заседатель Сапожковского Земского Суда рапортом от 16-го ноября 1849 года за № 10591 донёс Рязанскому Гражданскому Губернатору статскому советнику П. С. Кожину о невыполнении помещиков Галаховым своей обязанности по поставке рекрут:
«… По нынешнему очередному осьмому рекрутскому частному набору на имение г. Аполлона Иванова Голахова с сёстрами его с 39-ти душ, положенных по 8-й ревизии в селе Мордове – один рекрут.
А как сёстры его в настоящее время от упомянутого имения отделены особо и эти 39-ть душ крестьян достались ему, Голахову одному, которые и переведены им, Сердобского уезда в деревню Подъячевку, Николаевку тож – и из числа тех крестьян от Сапожковского уезда никого не находится, почему о немедленном взятии к поставке из переведенного г. Голаховым имения одного рекрута сообщено в Сердобский Земский Суд сего числа за № 10590, о чём Вашему Превосходительству Земский Суд донесть честь имеет на зависящее распоряжение…» .
Как мы понимаем, причины так поступать у помещика могли быть абсолютно разные – он волен был распоряжаться своими людьми как угодно, но долг по отдаче людей в армию с него никто не снимал. Оставшись единственным собственником в имении, Галахов стал нести единоличную ответственность за исполнение рекрутской повинности. И в данном случае, отставному офицеру было, чем расплатиться по долгам с государством.
А маховик «исполнительной машины» начал раскручиваться: получив донесение от Сапожковского уездного земского исправника, рязанский губернатор отписал своему коллеге в Саратов, который, в свою очередь, «спустил» указание в подотчётный ему земский суд.
Из донесения Начальника Саратовской Губернии статского советника М. Л. Кожевникова Начальнику Рязанской Губернии статскому советнику П. С. Кожину от 20-го декабря 1849 года за № 27379 :
«… Предписав вместе с сим Сердобскому Земскому Суду, о немедленной поставке рекрута с имения г. Голахова, имею честь о сём Вас, Милостивый Государь, уведомить на отношение ко мне от 13 сего Декабря за № 17799…» .
Не исполнившему своих обязательств господину Галахову пришлось нанять в соседней губернии человека, который стал заниматься этой непростой проблемой. В результате выяснилось, что из имения в Саратовской губернии годные к военной службе люди находятся … на заработках в Пензе. Поэтому решили не рисковать и принять в рекруты прямо по месту временного нахождения.
Из донесения Начальника Пензенской Губернии статского советника А. А. Панчулидзе Начальнику Рязанской Губернии статскому советнику П. С. Кожину от 22-го февраля 1850 года за № 2246 :
«… По доверенности Подпоручика Галахова Губернский Секретарь Мясоедов подал мне просьбу, объяснив, что на имении доверителя его по Рязанской Губернии остался по 8 частному очередному набору в недоимке рекрут, за отлучкой годных людей к военной службе, из мест жительства, и что он, Мясоедов, четырёх человек того имения нашёл в Сердобском уезде, из коих и желает поставить здесь в Пензе за Рязанскую Губернию недоимочного рекрута, на означенном имении доверителя его оставшегося. А потому и просил моего распоряжения к принятию рекрута в Пензе, во избежание того, чтобы при отправлении тех 4-х человек, годных из них не могли во время пути скрыться куда-либо или повредить себя…».
В итоге Пензенское Губернское Рекрутское Присутствие прислало уведомление, «что из представленных с имения г. Галахова 3 человек, один именно – крестьянин Трофим Егоров принят окончательно в рекруты».
Ну и в итоге. Донесение Начальника Саратовской Губернии статского советника М. Л. Кожевникова Начальнику Рязанской Губернии статскому советнику П. С. Кожину от 7-го июняля 1850 года за № 12160 :
«… На отношение Вашего Превосходительства от 13-го Декабря прошлого 1849 года за № 17799-м, имею честь уведомить, что с имения г. Галахова принят рекрут за Рязанскую Губернию…».
Как видно, система учёта собственности и взаимозачётов позволяла оперативно «заткнуть дыры» в любом месте Империи. Ничего не ведавшие и не подозревавшие люди, находящиеся на работах за тысячи вёрст от тех мест, где изначально происходили события, могли быть схвачены в любой момент и, дабы помещик мог закрыть свои долги перед государством, отданы в рекруты.
В этом плане громадное преимущество было на стороне больших селений, где существовала очерёдность (а у государственных крестьян и жребий). Богатому владельцу даже не приходилось вмешиваться в этот процесс (разве что, по какому-то экстраординарному случаю) – всё решала община внутри себя. Мелкопоместные же дворяне вынуждены были выкручиваться и отдавать армии самых лучших и подчас единственных работников, тем самым приближая час своего разорения.