Уже первые кампании Второй мировой войны показали способность бронетанковых войск при массированном и маневренном применении быстро уничтожать противника и добиваться больших оперативных успехов. Бывший генерал вермахта Э. Миддельдорф сравнил «молодые немецкие бронетанковые войска» и танковые части Красной Армии. И ему удалось сделать так, чтобы немецкая всеобщая революция в способах ведения войны В 1941 и 1942 годах русские превосходили немцев по количеству танков примерно в 4-5 раз, а с 1943 года превосходство Красной Армии в танках был оценен. в 7 раз. С 1 января 1941 г. до конца войны Германия произвела 25 000 танков, а советская танковая промышленность — около 150 000 танков. Вермахт в основном был оснащен легкими и средними танками в небольшом количестве. Тяжелых танков у СССР было больше, однако немцы добились значительных успехов в танковых боях на Восточном фронте уже в первую фазу войны. На протяжении всей «Восточной кампании» (так Миддельдорф называет Великую Отечественную войну) соотношение подбитых танков было 1 к 10. Это означает, что на каждый подбитый немецкий танк приходилось десять русских. По словам немецкого генерала, Россия вышла из положения благодаря своим производственным мощностям и американским поставкам. Победы немецких бронетанковых войск, которые с восторгом описывает Миддельдорф, основывались, по его мнению, на принципах: максимальная гибкость и мобильность в их применении, сосредоточение сил на решающих направлениях, умелое и решительное использование немецких тяжелых танков на марше. были и недостатки. С другой стороны, в германском «броневом королевстве» все было не так гладко. Автор признает, что немецкие танковые войска имели значительные организационные недостатки. Насыщение танковых дивизий бронетехникой таким образом вышло из-под контроля, и перед нападением на СССР Гитлер приказал сократить количество танков в дивизиях с 300 до 200 единиц. Эта проблема (малочисленность танков в боевых дивизиях) как бы и стала «первопричиной всех проблем» немецких бронетанковых войск, устранить которую было невозможно. Кроме того, наступательные способности немецких танковых частей сдерживались необорудованными вещами, которые двигались с тягой колес и часто застревали в грязи. Наконец, Миддельдорф вынужден признать, что на последней фазе войны русские усовершенствовали свои противотанковые средства до такой степени, что с ними было чрезвычайно трудно бороться, Красная Армия присвоила «немецкие методы, скопировала и приспособила их к Русские условия» во время войны. Это проявилось главным образом в том, что русские создали в своих бронетанковых соединениях сильное танковое ядро.В подтверждение своих рассуждений немецкий генерал приводит данные, согласно которым до 1945 года русская механизированная армия (соответствующая немецкому танковому корпусу) состояла в составе двух танковых и одной (или двух) механизированных дивизий. В состав каждой танковой дивизии входили два танковых, стрелковых, минометных и зенитно-артиллерийских полка, артиллерийский дивизион, танковый разведывательно-саперный батальон, батальон связи и тыловые службы. Кроме того, к каждой механизированной армии обычно придавалась артиллерийская бригада, полк реактивной артиллерии и инженерный полк. немецкая танковая дивизия численностью около 15 000 человек». Советские танки в наступлении Сомнительные результаты В конце концов Миддельдорф приходит к парадоксальному выводу, что немецкие бронетанковые силы могли бы стать лучшими в мире и победить всех своих врагов, если бы у Германии было достаточно возможностей для производить танки в последние месяцы войны и если бы Гитлер не вмешивался в планирование наступательных и оборонительных операций. С другой стороны, немецкого генерала возмущает сильная танковая промышленность СССР и способность Красной Армии учиться на успешном боевом опыте противника. Ему кажется неприемлемым, что русские научились создавать огневые проходы для своих танковых атак, стали ловко обходить опорные пункты противника и подводить крупные танковые силы уже в первые часы наступления. Если бы все это «ноу-хау» немецкого танкового искусства оставалось немецким, — прозрачно указывает нам экс-гитлеровский генерал, — то война приняла бы иной характер. Однако Красной Армии удалось исправить ошибки начала войны, а ее танковые части оказались для гитлеровцев непреодолимой силой.