По нашему местному орловскому телевидению показывали сюжет, о том, что в гимнастической спортшколе, где тренируется моя дочь, есть спортсмен – ментальный инвалид, и он достиг довольно высоких результатов.
Одна моя неблизкая знакомая – коллега по несчастью, у неё тоже ребëнок с аутизмом (правда в довольно тяжёлой форме) – буквально встрепенулась, увидев новость, и решила, что и её ребёнка примут в спортшколу, но я ей сказала, что никакой такой спортивной гимнастики для детей-инвалидов в нашей школе нет. А парнишка, показанный в сюжете – исключение из правил. Изначально к затее с его тренировками отнеслись без энтузиазма, и стали терпимее только после того, как он стал привозить медали со всероссийских соревнований.
Новых детей-инвалидов в школу не принимают. Один-единственный спортсмен-инвалид – это чудесное невероятное исключение, а не правило.
Просто есть тренер-энтузиаст, который замечательно умеет ладить с детьми и родителями, умеет заинтересовать гимнастикой и вдохновить личным примером. Он тренирует обычных здоровых (нормотипичных) ребят, но и захотелось обучить как будто бы необучаемого ребëнка и преодолеть с ним непреодолимое.
Тому парнишке повезло встретить на пути такого наставника, и моему сыну повезло, он теперь тоже тренируется.
Тренировать нездорового ребёнка – огромный труд, сопряжëнный с опасностью, как для самого ребёнка, так и для других присутствующих в зале спортсменов, потому что у такого ребёнка снижены реакции, и сам он может плохо осознавать риски от происходящего в зале. Тренировать нездорового ребёнка особенно с ментальными или другими психическими отклонениями нужно индивидуально и в пустом зале, поэтому выбирается неудобное для всех прочих спортсменов время, когда первая смена уже ушла, а вторая ещё не пришла.
Невозможна не только инклюзия, но и небольшие группы детей с одинаковым диагнозом. Хотя есть виды спорта, где практикуют создание таких групп, но спортивная гимнастика – это не тот спорт, где можно это практиковать.
Считаю, что видео-сюжеты о таких детских достижениях и учреждениях, где это смогли организовать, вредны родителям детей-инвалидов.
Эти сюжеты дарят им надежду на реабилитацию их детей, создают видимость, что проблемного ребёнка можно привести в спортшколу и там с ним будут заниматься. Такое позитивное видео не говорит о самом важном и трудном начале спортивного пути ребёнка-инвалида, вернее чаще всего мамы ребёнка. Тем, кто заинтересован, полезнее узнать, как этой маме удалось найти тренера, как получилось договориться о тренировках, как удалось настолько социализировать ребёнка, что он может приходить в зал и не бояться делать то, что делает. Но об этом не принято говорить публично.
При этом видео о достижениях инвалидов необходимы обществу и в первую очередь здоровым людям, чтобы, если вдруг в их жизнь придëт беда, не сломиться, а преодолеть.
