Остальные дни прошли быстрее, но сложнее. Скрываться от воронят было не просто. В саму чащу они заходить боялись, но сторожили подступы к ней. И хотя весть о явлении Бога ещё не должна была до них дойти, они бы всё равно узнали Дворкинса.
Деревни встречались всё реже, еды становилось всё меньше. Агата тихо подкладывала свои кусочки Дворкинсу, чтобы он чуть больше поел. Сама она довольствовалась местными ягодами, похожими на белую малину, которые ей показал Антей.
Но дни прошли. И вот уже показался чаща. Хрустальные деревья шумели своими переливающимися на солнце листьями, текла небольшая река. Уютно, как дома. Жаль только, что светлый мир так слепит глаза.
До сверкающего замка путь был непростой. Тут уже все, даже Дворкинс поняли, почему именно собака должна была стать божеством в этом мире. Никто больше не нашёл бы в густой чаще спрятанный замок. Но Дворкинс смог, чем окончательно доказал своё божественное происхождение.
Замок был бы прекрасным, но выглядел нежилым. Даже ночью тут не появлялся свет.
— Они точно там? - спросила Агата их провожатого. - Никакой ошибки нет?
— Точно. Ворон и Великая Матерь заперты там, вдвоем. Теперь Чёрному Богу нужно пойти в замок и разрушить проклятье!
Да, действие было логичное, но… Как могла Агата отпустить своего милого, совершенно не подготовленного к такому, пса к тёмному колдуну? Она уже видела его последователей, те были чрезвычайно жестоки. А Дворкинс никогда не был «бойцовский» псом.
— Нет. Туда пойду я. Прокрадусь с заднего входа, вряд ли он будет меня поджидать. Замок большой, я узнаю где Великая Матерь и где Ворон, а потом пущу вас двоих, - Агата посмотрела на своего друга. - Милый, пойми, я не могу отпустить тебя туда. Там будет страшнее, чем при встрече с велосипедистом, страшнее, чем на площадке с другими собаками. Ты ведь понимаешь, ты сам не справишься. Позволь мне помочь. Ты сам разрушишь проклятие, ты Бог, я лишь сделаю так, чтобы ты не пострадал.
Дворкинсу план не нравился, но он не мог ослушаться хозяйку. Пёс опустил Агату в замок, а сам остался ждать.
Агата понимала, что если пойдёт по подвесному мосту днём, то её будет отлично видно. Ночью же есть шанс, что её не заметят. Так что вылазка была назначена на полночь.
Подвесной мост преодолеть оказалось легко. Сложнее было понять как попасть в замок. Куда идти. Она тихо шла по коридорам и прислушивалась. Всё спокойно.
Скрипнул пол под её ногой. Скрипнула дверь в конце коридора. Дальше яркая вспышка…
***
Дворкинс ждал, когда Агата вернётся или подаст сигнал. Антей решил остаться с ним, так что они разговаривали о мире, о легендах, о Богах. Для Дворкинса всю его жизнь Богом была Агата. Выкормила, вырастила, воспитала. Для Антея это было странным, как человек, обычный человек даже без способностей, может быть Богом для Бога. Они как раз спорили об этом, когда замок начал светиться.
Перед ними появилась сверкающая лестница, в начале которой стояла Агата. Её руки были связаны, из носа и из губы шла кровь. В её глазах стояли слёзы. Она нашла взглядом пса, сделать это было не трудно, и прошептала одними губами: «прости».
— Ваша лазутчица пробралась в замок! - оказывается, за Агатой стоял Ворон. - Я знаю, что вы хотите снять проклятие и убить меня! Я сам не могу покинуть замок, так что и ваша лазутчица останется тут! И её жизнь зависит от вас!
Агата и её тюремщик вернулись в замок. Дворкинс остался сидеть там, где был. В его голове были только мрачные мысли: «Я её не спас. Она там одна с тёмным колдуном. Какой из меня Бог, если я не могу спасти свою хозяйку? Как я могу помочь этим людям?»
Дворкинс уронил голову на лапы. Если Агата там, то значит так тому и быть. Он не станет снимать проклятие. Он отступит, уйдёт, сдастся воронятам, ведь тогда её отпустят. Да, надо лишь дождаться утра…