Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Следы на Земле

Глава 1. Что-то постоянно наблюдало за стойбищем чабана, ходило кругами, чутко принюхиваясь к запахам человеческого жилья...

Подписывайтесь на мой канал, уважаемые читатели! За щенка туркменского алабая, чабан Олимбай дал свояку двадцать пять откормленных овец. Городской житель бы ахнул от удивления – за какого-то крохотного щенка, еще слепого оторванного от мамкиных сосков вот так за здорово живешь отвалить целых двадцать пять жирных овечек?! Удивительно и глупо! Но тот, кто никогда не жил в бескрайней пустыне Кызылкум, не знает ее обычаев и законов, никогда не поймет настоящую цену щенку волкодава. Бесценный и незаменимый помощник чабана, бдительный и свирепый охранник овечьих кошар, алабай способен уберечь целое стадо от волчьих клыков. За щенка свояк мог запросить и больше, но Олимбай как никак не был ему чужим человеком, а потому после щедрого угощения родственники ударили по рукам, и чабан с улыбкой взял на руки покряхтывающего и посапывающего пушистого малыша похожего на медвежонка… …С тех пор как щенок алабая поселился на стойбище чабана Олимбая, для стаи серых хищников обитавших окрест настала тр
Фото из открытого доступа
Фото из открытого доступа

Подписывайтесь на мой канал, уважаемые читатели!

За щенка туркменского алабая, чабан Олимбай дал свояку двадцать пять откормленных овец. Городской житель бы ахнул от удивления – за какого-то крохотного щенка, еще слепого оторванного от мамкиных сосков вот так за здорово живешь отвалить целых двадцать пять жирных овечек?! Удивительно и глупо! Но тот, кто никогда не жил в бескрайней пустыне Кызылкум, не знает ее обычаев и законов, никогда не поймет настоящую цену щенку волкодава. Бесценный и незаменимый помощник чабана, бдительный и свирепый охранник овечьих кошар, алабай способен уберечь целое стадо от волчьих клыков. За щенка свояк мог запросить и больше, но Олимбай как никак не был ему чужим человеком, а потому после щедрого угощения родственники ударили по рукам, и чабан с улыбкой взял на руки покряхтывающего и посапывающего пушистого малыша похожего на медвежонка…

…С тех пор как щенок алабая поселился на стойбище чабана Олимбая, для стаи серых хищников обитавших окрест настала тревожная пора. С двумя алабаями, что охраняли кошары ранее, получилось совсем плохо. Одного погубили волки в неравном бою, а другой зачумился, горел в жару три дня, а потом ранним утром ушел к праотцам. Стойбище и три больших загона-кошары с овцами остались без охраны, а потому всей семье чабана, после тяжелого дня полного забот и суеты приходилось дежурить по очереди. Конечно человеческое бдение не сравниться с чутьем и хваткой пустынного пса, а потому волки все чаще и чаще возвращались к себе за барханы сытые и довольные. Чабан Олимбай терпел убытки и истово молил небеса, чтобы щенок которого он назвал Дервиш побыстрее подрос и стал ему реальной опорой и защитой. В то же время чабану приходилось охранять самого щенка, ведь волки осознавали, какую опасность в себе таит этот проклятый алабай миссия которого – беспощадно и жестко бороться с ними и препятствовать тому, чтобы оголодавшие серые разбойники лакомились овечьей кровью и мясом. Щенка необходимо было уничтожить, и для этого стая отважилась два раза напасть на юрту Олимбая, но потерпела неудачу. Волки разбежались, оставив лежать на песке подстреленных собратьев…

…Время шло. Хранимый Богом и судьбой Дервиш рос. С каждым днем превращаясь в сильного и свирепого волкодава. Он играл с внуками Олимбая, неутомимо носился по территории стойбища, и все чаще останавливался на пригорке, пристально вглядываясь в дрожащее марево горизонта. Он ощущал незримое присутствие чего-то непонятного и страшного, обитавшего где-то там, вдали за грядой песчаных барханов. Что-то постоянно наблюдало за стойбищем богатого чабана, ходило кругами, чутко принюхиваясь к запахам человеческого жилья. В такие моменты взгляды Дервиша и неведомого существа незримо пересекались, и тогда алабай оскалив клыки, рычал долго и со злостью. Приближался час чего-то необъяснимого, и Дервиш подспудно осознавал это…

Продолжение следует...

Георгий АСИН