Предыдущая глава
- Товарищ лейтенант! – Жаргалов резко повернулся к Игорю, загородив ему дорогу. - Дальше по следу не пойдем…
- Это почему? – шатаясь от усталости, лейтенант попытался обойти следопыта. Но тот почти насильно остановил его.
- Не догнать нам его так, - Бато обессиленно опустился на камень, положил на колени винтовку. – Мы за ним еле-еле идем, а он двужильный, однако, все шире и шире шагает.
- Вперед! – Игорь в каком-то исступлении двинулся к кромке леса, чтобы выйти на каменистую россыпь. – Вперед, Бато! Мы не имеем такого права – не догнать врага!
- Однако, послушайте… - Жаргалов с самым решительным видом снова преградил дорогу. – Схитрить надо, обмануть его маленько, а то уйдет, - солдат продолжал стоять перед Игорем, не давая ему пройти. С минуту лейтенант смотрел перед собой ничего не видящими глазами, в которых плавали оранжево-черные круги. Он был на пределе своих физических возможностей.
- Как схитрить? – наконец осознал он сказанное Жаргаловым.
- Засаду надо сделать.
- Где?
- Во-о-он там, - показал рукой следопыт. – Внизу этой паду'шки.
- Ты в уме?! Выдохся, так и скажи, можешь оставаться, я один продолжу погоню.
- Без меня след потеряете, товарищ лейтенант, - нахмурился солдат. – Я его тоже скоро не смогу читать: роса пропала, кругом одни камни, мха и травы почти нет.
- Ч-ч-черт! – Игорь в изнеможении осел на землю. Магическое слово «вперед!», вот уже несколько часов не дающее ему остановиться и упасть, ведущее словно компас, враз утратило свой могучий стимулирующий смысл.
- Ну, говори, что ты там еще придумал? – обессиленно и как-то даже равнодушно поинтересовался он.
- Вы заметили, что мы стоим на тропе?
- Нет. Какая тут может быть тропа? Камни одни…
- Тропа есть, смотрите внимательнее…
Игорь всмотрелся. Действительно, что-то вроде едва заметной тропки виднелось на склоне горы. Она уходила вверх к каменной громаде самого высокого в этой местности гольца.
- Откуда здесь взяться тропе, человеческого жилья ближе ста верст нет? – усомнился лейтенант.
- Это звериная тропа, изюбри и косули по ней на отстой[1] ходят.
- С чего ты взял, что звериная?
- Ветки на ходу в лицо бьют – верная примета… Люди по ней никогда не ходили.
- Ну, допустим, и что дальше?
- Этот, которого гоним, не таежник, однако… Хотел короче пройти, а не знает, что тропа наверху обрывом закончится… Дойдет и повернет вниз, ущелье обходить станет.
Игорь достал карту, отмахиваясь веткой от назойливой мошкары, долго изучал местность.
- Все верно, Бато, на его пути ущелье… А если шпион не станет его обходить, а прямо пойдет, опять при помощи веревок… Тогда как?
- Не должен, времени много потеряет, - возразил Жаргалов. – Чего ему снова в скалы-то лезть? Проще низом обойти. Он же уверен, что оставил нас в каменном мешке… Сколько гоним его, солнце все левую щеку греет, значит, на юг он держит путь… А тут сплоховал маленько, в си'вер ушел.
- Хочешь сказать, что увлекся он этой тропой?
- Так выходит, однако, - кивнул Бато. – Но скоро поймет, что ошибся. Распадком вниз пойдет.
- А ты-то не ошибаешься, Жаргалов? – усомнился Игорь.
- Никак нет, - твердо заверил солдат. – Этого распадка шпиону не миновать, надо нам быстрее вниз спускаться, засаду делать.
- А если он не по дну распадка пойдет, а по склону?
- Все равно хорошо у нас получится: на устье склоны совсем голые, одни каменные щеки, не просмотрим, однако…
- Ну, убедил ты меня, Бато, - лейтенант поднялся. – Вперед!
Разведчики побежали вниз, ветки хлестали их по лицам, цеплялись за оружие, рвали и без того изодранную одежду. Жаргалов чуть придержал Игоря, умеряя сбившееся дыхание, сказал:
- Чаще моргайте, товарищ лейтенант.
- Это зачем?
- Чтобы глаза не наколоть. Мы так всегда на охоте делаем, когда коз по чапы'жнику гоняем… Моргать надо чаще раза в три, чем обычно.
- Понял, спасибо за совет, Бато.
***
Ральф Чекерз отложил приготовленный к бою пистолет, приник к биноклю, прикрыв его веткой, чтобы не бликовали на солнце линзы. Когда далеко внизу, одна за другой, мелькнули две уходящие человеческие фигуры, он облегченно вздохнул и откинулся спиной на камни. Несколько минут лежал без движения, с закрытыми глазами, приходя в себя после сумасшедшей гонки. Нет, недаром он имел высший балл по тактике действий в горно-таежной местности, не зря так внимательно слушал лекции, дотошно штудировал учебники, скрупулезно перенимал опыт следопытов-инструкторов в том проклятом разведцентре «Форт Ричардсон» на Аляске… Впрочем, почему в проклятом? Вот когда все это пригодилось!
Но он, Ральф, радовался преждевременно, решив, что сумел оторваться от погони. Полчаса назад, контролируя заднюю полусферу, вновь обнаружил преследователей. Эти русские дьяволы каким-то непостижимым способом смогли выбраться из каменного мешка, куда он их загнал, и снова вцепились в его след, словно гончие псы… Молодцы, ничего не скажешь! – похвалил он врагов.
А все-таки жаль, что сейчас они не вышли из зарослей. Еще две-три сотни шагов – и обоих можно было отправить к праотцам, чтобы обеспечить спокойное продвижение вперед, без запутывания следов. Но, наверное, это даже лучше, что не пришлось пускать в ход оружие, лишний шум сейчас ни к чему. Куда выгоднее, ориентируясь по карте и компасу, сообразуясь с рельефом местности, применить несколько маневров, чтобы окончательно оторваться от этой «вязкой» погони. Такого не приходилось испытывать никогда за все годы агентурной деятельности.
И, наверное, впервые в жизни ему подумалось: «Хватит! Если удастся спастись, больше не пойду за кордон ни за какие деньги и награды, пусть этим занимаются другие! Даже вам, досточтимый сэр Эдвардс Коэл, меня больше не уломать, проваливайте ко всем чертям!»
У него, Ральфа Чекерза, имеются кое-какие накопления на банковских счетах, есть элитный пентхаус с живописным видом из окон на чудесную панораму любимого им Денвера - «Города высотой в милю», расположенного в штате Колорадо у подножия Скалистых гор. Есть небольшая вилла на коралловом атолле, есть несколько автомобилей, среди которых самый любимый полуспортивный Форд Мустанг, способный нестись со скоростью сто пятьдесят миль в час… А еще есть самое дорогое, что вообще может быть на свете, это Эдели'на де лос Алва'рес. Его бесконечно любимая несравненная Эдди…
С черноглазой красавицей испанкой он познакомился на курорте в Ла-Корунья, расположенном на Пиренейском полуострове, отдыхая там после выполнения очередного задания. Их любовь развивалась стремительно, оба они безошибочно ощутили, что это – навсегда, что отныне их жизнь порознь – немыслима.
Да, хватит! В конце концов, он, Ральф Чекерз, самый обыкновенный человек. Эделине еще только предстоит узнать, что он способен на спокойную семейную жизнь. Поэтому надо уйти во что бы то ни стало, снова увидеть донну Эделину, утопить лицо в ее роскошных черных волосах, сказать, что вернулся навсегда… Но для этого надо напрячь оставшиеся силы, чтобы оторваться от преследователей.
И лишь теперь Ральф убедился, что ему наконец удалось окончательно обмануть их. Русские совещались недолго, в бинокль было хорошо видно, как следопыт-азиат в чем-то горячо убеждал своего начальника, показывая рукой вниз. Ральф ни минуты не сомневался в том, что они пошли в засаду, решив, что, дойдя до обрыва, он непременно двинется вдоль него и угодит в их лапы. Мысленно Ральф одобрил эти действия. Преследователи, видимо, поняли, что, выманив на открытое безлесое место, он довольно просто сможет перестрелять их из засады. А внизу, на кромке леса, преимущество было бы уже на их стороне.
Двуногие русские приматы, они и представить себе не могли, что все их действия были спланированы и логически направлены им, Ральфом Чекерзом, одним из лучших разведчиков в отделе восточного направления, имеющим агентурный псевдоним «Аргус», то есть – «Всевидящий».
Недаром, готовясь к этой операции, он досконально изучил весь район действий и разработал десятки вариантов отхода. Теперь можно немного отдохнуть, впереди лежал путь почти в сотню километров и физическую энергию нужно расходовать крайне экономно. Он заслужил сегодня это право - полежать два десятка минут на спине, пока те, двое, будут сломя голову лететь к своей засаде. Пусть бегут до самого подножия сопки, тратя последние силы. Пусть потом ждут его, вздрагивая от каждого шороха. Через полчаса можно уходить назад, своим же следом, затем, изменив направление движения на девяносто градусов, следовать к железной дороге.
Ральф бросил под язык пару питательных таблеток, калорийность которых равнялась двум полноценным обедам, запил их водой из плоской фляжки. Вытянувшись на плоских камнях, расслабил каждую мышцу измотанного усталостью тела.
«Отдыхать… Отдыхать, капитан Чекерз!» - приказал он самому себе и утомленно прикрыл веки.
***
Едва они пересекли поляну и вбежали в густой мрачноватый сосняк, как Жаргалов резко остановился и повернулся к Игорю. Тот с ходу налетел на него.
- Чего встал, вперед!
- Никак нет, товарищ лейтенант, - Бато отрицательно мотнул головой. – Нам надо не вперед, а назад…
- Что-о-о?! – свирепо взревел Игорь, его нервы были на пределе. – Что ты сказал?!
- Виноват я, однако, просмотрел маленько… - стушевался солдат.
- В чем виноват? Что просмотрел?
- Когда следы из леса стали выходить, нам на закрайке надо было остановиться, а я не сообразил, выскочил, и вы за мной… Вот и пришлось артистом побыть перед вами…
- Ничего не понимаю: каким артистом, зачем?
- Чтобы вас оттуда увести. Иначе бы вы не поверили…
- Ты что же, видел этого… шпиона?
- Нет, не видел, но точно знаю: он в ро'ссыпи залег.
- Но ведь тогда он был почти у нас в руках?
- Никак нет, - покачал головой следопыт. – Это мы, однако, были у него на мушке. Для этого он нас и выманил на голое место.
- Все равно надо было брать! Придавить огнем к земле, как Зверева. Говори прямо: струсил? Приказ капитана Никитина забыл! Ответите за это, товарищ рядовой! – чтобы придать словам больше значимости, Игорь вдруг перешел на уставное «вы».
- Не надо шибко кричать, товарищ лейтенант, пусть думает, что мы вниз пошли, что обманул он нас.
- Послушайте, Жаргалов, а вообще-то, с чего вы взяли, что он в россыпи засел?
- Когда наверх лез, камни маленько переворачивал ногами… Россыпь сырая, там, однако, ключик бежит под камнями.
- Ну и что?
- Камни сверху сухие, светлые, а снизу мокрые, темные… Так след прочитал я.
- А ты не ошибся, Бато? – остывая, недоверчиво спросил Игорь.
- Никак нет.
- Почему стразу не сказал все, как есть?
- Нельзя было, вы бы, однако, не послушались.
- Пожалуй, ты прав… - лейтенант несколько секунд собирался с мыслями, потом спросил. – Что, конкретно, предлагаешь?
- Назад потихоньку пойдем, брать его надо на закрайке леса, чтобы мы в кустах стояли, а он на открытом месте, так думаю.
- Верно думаешь, пошли, - Игорь снял затвор автомата с предохранителя, расстегнул кобуру пистолета. Повернувшись к нему спиной, Жаргалов попросил:
- Товарищ лейтенант, достаньте из моего ранца снайперский прицел, однако, и его черед настал.
- Ты бы вообще снял этот ранец, мешать только будет.
- Слушаюсь.
Тщательно маскируясь в густых зарослях, они медленно двинулись вперед, не сводя глаз с каменистого гольца, держа пальцы на спусковых крючках винтовки и автомата.
***
Ральф Чекерз открыл глаза, глянул на часы. Прошло ровно двадцать минут. Он издавна приучил свой организм к таким коротким передышкам, хорошо восстанавливающим силы. В этом помогала прекрасно освоенная йога, ставшая привычной и неотъемлемой частью его бытия. Теперь Ральф чувствовал себя значительно свежее. Нужно было идти.
Держа наготове оружие, он медленно привстал и осторожно выглянул из-за укрытия. Никого. Пригнувшись, направился к лесу, прыгая с камня на камень. То, что он увидел в следующую минуту, повергло его, видавшего всякое, в немой парализующий ужас. Буквально в полусотне метров, в густой поросли молодого сосняка, стояли те, двое, что полчаса назад ушли вниз. Один из них, невысокий, скуластый, держал Ральфа на прицеле своей снайперской винтовки.
«Это конец, капитан Чекерз, тебя одурачили как мальчишку, ты - пред вратами ада! - пронеслась молниеносная паническая мысль. Но тут же ее сменила волевая, еще более стремительная, дающая надежду на спасение. - Стрелять! Стрелять первым, как в ковбойской дуэли!»
Неуловимым движением Ральф вскинул пистолет. И тотчас же какая-то страшная, грохочущая сила рванула его вооруженную руку в сторону. Лязгнув, великолепный автоматический двадцатизарядный «Хай стандарт» упал на камни. Ральф хотел прыгнуть, чтобы схватить оружие, но ударила короткая автоматная очередь, пули выбили из камня серую пыль и с вибрирующим визгом унеслись прочь. Теперь стрелял тот, кто стоял ближе и, судя по всему, был старшим. Он же произнес негромким сиплым голосом:
- Медленно подойдите к нам с поднятыми руками. Если попытаетесь их опустить, я буду стрелять на поражение.
Чекерз послушно поднял руки на уровень плеч. Не сводя тяжелого угрюмого взгляда с преследователей, шагнул вперед. У него еще оставался один, самый последний шанс в этом, почти проигранном деле, и он решил его использовать. Но для этого надо было подойти к врагам как можно ближе, от расстояния сейчас зависело абсолютно все: спасение, испанская красавица Эделина, пентхаус с видом на любимый солнечный Денвер, дальнейшая жизнь…
- Сдаюсь, не стреляйте, - упавшим голосом промолвил он, медленно ступая по склону. Когда до противника осталось не более тридцати шагов, тот, что был старшим, скомандовал:
- Теперь стоять, не двигаться! – и, не оборачиваясь к своему спутнику, добавил, адресуясь уже к нему. – Пошли, Бато, его надо связать и обыскать.
Вместо того, чтобы приказать Ральфу лечь лицом вниз и вытянуть руки вдоль тела, они направились к нему вдвоем. Это была их чудовищная ошибка, и разведчик тотчас же оценил ее как профессионал. Стоя на месте, как изваяние, внутренне похолодев, он напряженно следил, как неумолимо сокращается расстояние между ним и преследователями. Останься один из них на месте, держа его на «мушке», все было бы кончено. А теперь Ральф был почти убежден в успехе. Ему, в совершенстве владеющему кунг-фу, каратэ и еще многими видами рукопашного боя, оба они были не страшны, тем более он близко увидел их изнуренные погоней лица и тяжелый спотыкающийся шаг. А еще он заметил, что, идя на задержание, старший не задействовал естественную подсветку, хотя возможность для этого у него имелась. Солнце било лучами в левый глаз Ральфа, и, если бы старший развернулся чуть правее, оно ослепило бы его полностью, так как ему тоже пришлось бы повернуться для отражения возможной атаки. И тогда Чекерз окончательно понял: этот старший кто угодно, но только не профессиональный контрразведчик. Это придало Ральфу еще больше уверенности. Привыкший за считанные мгновения прогонять в голове массу всевозможных вариантов, когда возникали подобные критические ситуации, он решил начать со старшего, оснащенного скорострельным оружием. Именно в это время тот совершил очередную роковую ошибку: ускорив шаги, он оторвался от снайпера, оставив его за своей спиной. И тот потерял возможность выстрелить, рискуя задеть своего командира. Это был шанс и его надо было немедленно реализовать
Бато увидел, как поднятая правая рука задержанного резко опустилась. Он еще не успел полностью осознать, что означает это движение, лишь обостренное чувство охотника подсказало - оно смертельно опасно для командира. И будто в подтверждение этого в ладони врага блеснуло что-то, висящее, как видно, до этого на эластичном жгуте в широком рукаве куртки. Мгновенная догадка пронзила мозг: «Стреляющий нож!» И следующая мысль, еще более молниеносная: «Огонь!» Но он тут же понял, что выстрелить не сможет, - лейтенант закрыл от него врага. На размышления оставались доли секунды: сейчас командир должен неминуемо погибнуть, потому что не знает, как защищаться от ножа, а может и не видит, какая ему угрожает опасность… Стремительный импульс прошил сознание Бато: «Спасти командира!»
Для этого надо было броситься вперед, чтобы догнать лейтенанта. Но почему так тяжелы ноги? Почему сильное натренированное тело вдруг стало чужим и непослушным?
«Ты испугался, Батомунко? – услышал он негромкий, до боли знакомый и родной голос. - Тебе страшно, сынок?»
«Страшно, отец! Очень страшно… Но я все равно сделаю так, как надо! Как сделал бы, и ты на моем месте…»
Игорь не успел ничего понять. От сильного толчка в спину потерял равновесие, и уже падая, услышал громкий металлический щелчок и вслед за ним исходящий мучительной болью, стонущий выкрик Жаргалова:
- Стреля..!
И тут же лейтенант увидел, что, отделившись от земли в каком-то неестественно высоком, будто парящем прыжке, на него летит сверху тот, который только что стоял с поднятыми руками. Рухнув на камни, Игорь выбросил перед собой автомат и не целясь, наугад, надавил на спуск, опустошая магазин автомата грохочущей нескончаемой очередью, разрубая пространство перед собой смертельно разящим свинцом.
[1] Отстой – сопка, к которой с одной стороны примыкает крутая высокая скала. Изюбри и лоси спасаются там от волков. Но иногда волки специально загоняют туда животных и караулят до тех пор, когда они потеряют силу и свалятся вниз.
Продолжение
