– Мы на границе миров между антропоцентричным бесноватым Западом и теоцентричным распятым Востоком. И тебе надо определиться, с кем ты. А одиночество, оно обманчивое… Мы часто никого не хотим видеть только для того, чтобы никто не заставил сомневаться в правильности наших помыслов и решений…
– Другого решения нет? Конвергенция невозможна?
– Наши цивилизации настолько разные, что даже понятия их не совпадают. Нет на Западе великодушия, есть generosity – щедрость подаяния… Нет понятия «справедливость», вместо него – Justice – правосудие… Для западного «рацио» непонятна наша максима: «Цивилизованным является общество, где убийство врага считается вынужденным грехом, а не безусловной доблестью»… У него другие критерии цивилизованности. А для нас неприемлема западная циничность и всеядность. Наш мир для Запада – это ад. Его мир – ад для нас… Ты видишь, как всё относительно, Гриша?
Миронов спрятал фляжку в карман, запахнул полы своего плаща, ёжась от холода.
– Не смотри на меня коровьими глазами, курсант, никто никуда тебя отправлять не собирается. Черти, хватающие душу и волокущие её в кипящий котёл, – воспитательная гипербола. Человек всё делает сам. Всё, что ты сделал у разбитой автомашины – понятно и оправдано с точки зрения Запада. Если ты разделяешь его идеалы, то они и будут окружать тебя в загробном мире. А рай это для тебя или ад – решай сам…
Распутин встал рядом с генералом, подставил лицо под морской бриз. Волны снова скрыли поле боя. Море стало спокойным, ленивым, ворчащим, но не опасным.
– Я все понял, Артем Аркадьевич. Простите, что не оправдал доверие. Готов понести наказание… Или как оно правильно звучит – епитимью… Но что сделано, то сделано… Иногда кажется, что изменить мировую историю проще, чем собственную судьбу, хотя мне безумно хочется именно этого…
Миронов посмотрел на плотно сжатые губы Распутина и покачал головой.
– К великому сожалению, люди плохо себе представляют силу, заключенную в них. Читая слова Священного писания «Бог сотворил по своему образу и подобию», даже не задумываются, что подобие Всевышнему означает дарованную способность создавать невозможное и преступать непреодолимое. Пользуются этим даром всуе, разбрасываются, творя не дела, но делишки. Некоторые осознанно, но большинство – невольно, не ведая про то, как их слово отзовётся…
(Сергей Александрович Васильев «Распутин – наш!»)
