Мирослава сидела на подоконнике с согнутыми коленями и читала книгу,
на обложке которой было написано «Рождественские рассказы». Она любила добрые истории, от них веяло особенным теплом, и даже когда становилось очень грустно, тот или иной сюжет зажигал искру надежды и давал понять, что на огромном земном шаре есть место маленькому чуду. Перелистывая очередную страницу, девочка устремила свой взгляд в окно, где куча озорных ребятишек, таких же, как она, кидались снежками
и лепили бабу.
Отчего она сейчас не с ними, почему не весела, что заставляет малютку думать о серьезных вещах? Она бы рада накинуть курточку и выбежать во двор, но сколько раз ни пыталась встать на ноги — мало что получалось. Будто кто-то ее подкашивал, словно кто-то специально ронял. О, если бы Мира знала, кто, а главное зачем над ней так нехорошо шутит, она бы попросила его больше этого не делать.
Во снах она часто видела, как играет с детками в догонялки, но наутро звала маму, чтобы та подняла ее с кроватки и усадила в креслице. Потом они вместе шли гулять, только Мирочка сидела либо на ручках, либо в коляске, которую ребята почему-то обходили стороной. Обидно, конечно, да ничего не поделаешь. Но все же смышленая восьмилетняя девочка никогда не сдавалась и на каждое Рождество загадывала лишь одно желание — начать ходить самостоятельно. Она верила в его силу, как родители верят в нее. Дочка знала, что надо немного подождать и задуманное обязательно осуществится.
Неумолимо приближалось время загадывать желание в очередной раз, но незадолго до заветной полуночи малышка задремала, а раскрытая книжка неслышно выскользнула из рук.
— Здравствуй, Мирослава! — неведомо откуда послышался тихий и нежный голос.
Вначале ей показалось, что это дедушка, но будь это он, внучка бы увидела знакомый образ, а здесь пустота.
— Здравствуй… А ты кто?
— Не узнаешь? Впрочем, глупый вопрос, ты же меня никогда не видела. Я — Ангел.
— Ангел? Но ведь ты не являешься людям, а просто ведешь их по жизни, — слегка испуганно сказала юная собеседница.
— Это обычным людям я не являюсь, а ты особенная!
— Да? И чем же?
— Ты в меня веришь.
— Искренне верю. Даже если что-то идет не так, я всегда чувствую твою поддержку. Скажи, это ты мне любящую семью подарил?
— Я.
— А хорошие оценки в школе ты посылаешь?
— Я.
— И интересные книги тоже ты советуешь?
— Тоже я. Я и мои помощники.
— Помощники? — задумчиво переспросила она.
— Да, это все, кто тебя окружает.
— Вот не знала!
— Ты еще многого не знаешь, девочка моя, — ласково подметил Ангел.
— Чего, например?
— Какая у тебя насыщенная жизнь впереди.
— Пока что не скажешь: родители, учительница, которая домой приходит, и эта красивая комната…
— Я же говорю — впереди. Вы уже проходили время?
— Да, но я так мало могу.
— Ну, предположим, это ошибочное мнение. Раскрыть одну тайну?
— Раскрой, Ангел.
— Ты станешь писательницей.
— И ты вздумал надо мной шутить, — с огорчением вздохнула Мира. — Моя рука шариковую ручку удержать не может. Какая из меня писательница?
— Захочешь — найдешь возможность, а будешь и дальше ныть, то, прости, ничем помочь не могу,— обиделся Ангел и уже собирался улетать, но девочка его остановила.
— Стой! Я не буду ныть! Расскажи еще обо мне.
— На такой рассказ уйдут годы, — усмехнулся Ангел. — Да и запрещено нам о будущем болтать, каждый свой путь сам проходить должен.
— А я и пойду, ты только намекни, куда.
— К цели.
— Где она? По какой дороге идти?
— Дорог тебе предстоит множество, правильные подскажет сердце.
— Ответь, пожалуйста, еще на один вопрос: друзья у меня будут?
— Непременно! И самые преданные останутся с тобой навсегда.
После этих слов Мирочка проснулась в самом хорошем расположении духа и увидела на обороте лежавшей на полу книги Ангела. Девочка улыбнулась и вспомнила о необычайном сне, которым хотела поделиться с мамой, но решила не раскрывать тайну сразу, а хранить ее какое-то время.
Через два десятилетия в канун Рождества писательница Мирослава вернулась к тому важному сну и перенесла столь добрую историю на бумагу. Прав был Ангел: и про насыщенную жизнь, которая бурлила так, что не давала сидеть не месте; и про возможности, что появлялись сами собой; и про друзей, находившихся рядом в любую минуту. А вот самого главного вопроса — встанет ли на ноги — она тогда почему-то не задала, да и вряд ли бы получила ответ. Теперь она не ныла, а просто шла вперед.
Нашла ли Мирослава дорогу к цели? Их пройдено сотни и, наверное, будет еще больше. Но путь к счастью девушка нашла совершенно точно, а это и есть чудо!
