- Я видел тягач, но мне потребуется топливо…
Макс Рокатански вошёл в мою детскую жизнь и навсегда остался со мной летом 93-го года. Безумное отрадненское телевидение, организованное несколькими бывшими мастерами телевизионного ателье, устроило форменное пиршество киношного постапокалипсиса.
«Пако - стальные руки», Кэррадайн с какой-то приблудой, стреляющей электричеством, Ван Дамм и «Киборг», Суэйзи и «Стальной рассвет» и многое-многое другое. Отличная компания, что и говорить.
- Я Ночной Ездок! – орал придурковатый пассажир, несшийся по дорогам Австралии от дорожного патруля. – Я Ночной Ездок!
Его не могли остановить, он сам и его подруга гнали по шоссе и даже крутой Гусь на мотоцикле оказывался бессилен. Но тут в кадре появлялся «перехватчик», патрульный Рокатански имел более стальные яйца чем Ездок, машина взрывалась, Гусь сгорал заживо, Максу давали чумовое точило с турбонаддувом и…
И я, ничего не понимая, искал во всём этом беспределе непонятную историю про огромный грузовик, упырей на моциках с гребнями на башке и демона в хоккейной маске. О них мне рассказывал двоюродный братец и именно это мне желалось видеть. Второй фильм, к счастью, начался практически тут же, с крохотным перерывом на Тома и Джерри.
Где-то в это время жанр постапокалипсис, как сказано выше, вошёл в мою жизнь и остался любовью навсегда. Да-да, так и есть. И Макс Рокатански тому виной.
Режиссёр Миллер сумел снять что-то необыкновенное. Он сделал это два раза подряд, споткнувшись на «Куполе грома», где умудрился переборщить. Но два первых фильма классической трилогии с Гибсоном стали эталоном в палате мер и весов экшена, погибшего мира и сумасшедших фриков с убойными ковырялками, воюющих за бензак.
Машины, скорости, останки с остатками обычной жизни, гниющей и ржавеющей на глазах зрителей – странноватый рецепт успеха. Но именно он, плюс малое количество диалогов, дающее героям действовать и стали главными причинами успеха. Третьим фактором стоит считать желание режиссёра снимать желаемое ему самому, не настраиваясь на кассовые сборы и чаяния зрителей. Доказательством подобного утверждения является «Дорога ярости», где Миллер превзошёл самого себя в самоцитировании, пасхалках и правиле про старого коня с бороздой. Причём, исходя из себя самого и Несмертного Джо – правило оказалось возведено в квадрат.
Несомненно – постап имелся в кино и до второй истории про бывшего патрульного. Но настолько атмосферного действа, собранного аки паззл, не наблюдалось. Несомненно – у этой точки зрения найдутся считающие иначе, и это нормально.
Вопрос в другом – в умении Миллера создавать в кадре нечто, заставляющее верить в магию кино и превращающее рассказ о жестоком выдуманном будущем в нечто большее, в нечто, до сих остающееся с нами, несмотря на прошедшие годы.
Что же такого имелось в фильме, где наряду с людьми главными героями являлся транспорт во всем его великолепии? А непонятно, ведь настоящий рецепт шедевра никто и никогда не раскроет. Совпало воедино многое: харизма Гибсона, умение операторов, талант декораторов с костюмерами и гримерами, заинтересованность каскадеров и мастеров спецэффектов, отличный подбор артистов второго плана и, что куда важнее всего указанного – настоящий гений режиссёра, снимающего совершенно жанровое кино, но делающего это и с уважением и с любовью.
Время необратимо, но даже сейчас, спустя многие годы, достаточно включить «Воина дороги» и, уставившись на кадры с первой погоней фильма, с визжащим боевым панком, явно греком, достающим арбалетную стрелу из ляжки, с Максом, подставляющим посуду под ручейки бензака из текущего бака, с песком и чахлой травой/кустами пейзажа, с частями экипировки футболистов в качестве доспехов, с тем самым тягачом, сносящим всё на своём пути, с автобусом, везущем детей, женщин и сам бензак. Включить и…
И спокойно залипнуть на все имеющиеся полтора часа экранного времени.
Такова истинная магия кино и волшебника с камерой да сценарием, применяющего её на радость зрителям. И, да – с нетерпением жду «Фуриозу», пусть и хотелось бы видеть там вовсе не Аню Тейлор-Джой с её эльфийско-расставленными очами, а кого-то ещё. Да, «Дорога ярости» зашла мне от слова «полностью», с первых кадров до последних титров и оставшиеся крохи подростка, когда-то в первый раз увидевшего «Перехватчик» на экране пузатого «Рекорда» требуют продолжения даже спустя почти десять лет с премьеры.
П.С: а вот как назывался трэшак с Керрадайном, игравшим копа и цеплявшим механическую руку, пулявшую молниями аки Палпатин – так и не вспомнилось.