Я не могу причислить себя к «летунам», но на работу устраиваться доводилось несколько раз. Социалистическая эпоха канула в лету, разрушены её устои, из последних сил держится инфраструктура, возведённая в те годы, однако бланк анкеты личного дела сотрудника, обязательный для заполнения при устройстве, вечен и незыблем. Во всяком случае, пункт с вопросом о языках точно. Я, конечно, понимаю необходимость этой информации, только всё равно хмыкаю, когда приходится этот пункт заполнять. Слава Богу русский не забыла, уже хорошо!
В школе меня учили немецкому. Татьяна Николаевна была педагогом сдержанным и спокойным. Мягкая, тихая женщина, философски смотрела на то, что ей приходится заниматься практически сизифовым трудом. Половина школьников, то бишь, воспитанники детского дома, помимо родного, использовали чистейшую феню и на немецкий у них не хватало операционной памяти. А если хватало, то, в основном, на фразы, при которых скручивало животы от смеха. Похожие на ту, что с татарского переводится как «Иди сюда». Выучила я её в далёком домашнем детстве, в единственный приезд маминых родственников исключительно по причине смешного звучания.
Лично я, несмотря на прилежность, кроме Шрайбикуса практически ничего не запомнила из учебника. Персонаж чем-то смахивал на Мурзилку, и был светлым пятном на скучном уроке. Со "смешными" фразами нас знакомила не только учительница, но и старшее поколение. Простой вопрос «Сколько тебе лет?» - wie alt bist du? вызывал гомерический хохот, ибо сразу напрашивался рифмованный ответ. По детскому дому ходила легенда, о случае с молодым директором, ныне Шефом, который, приехав в деревню, стал дополнительно преподавать немецкий в школе. На первом же уроке после вышеуказанного вопроса он был послан в пешее эротическое путешествие. Сделала это Люда, повариха, о которой я уже упоминала. Она не являлась воспитанницей детского дома, поэтому никаких тяжёлых последствий тогда не понесла и весело рассказывала о случае из школьной юности. Мы же Шефу не то, что грубить, возражать боялись, а Николай Васильевич иногда подменял Татьяну Николаевну и тогда нам приходилось, ох как , несладко. Не дай Бог, было разозлить директора. Зубрили даже те, кто по-русски двух слов связать не мог. Ничто не тянулось так долго, как временное отсутствие учительницы. Как же мы радовались её возвращению!
В Евпаторийском детском доме, в котором посчастливилось прожить год, собрались ребята со всей страны. Удивительно, но в отряде я встретилась со своим двойником. Окружающие утверждали, что мы со Светой сильно похожи. Даже дни рождения оказались рядом: восьмое и девятое сентября. Некоторое время мы разглядывали друг друга, а потом сдружились. Девочка была из Сыктывкара. Спокойная, медлительная, добрая. С непростой судьбой и некрепким здоровьем, как у всех нас. Но мы не считали себя доходягами. Во- первых, таковыми себя не чувствовали. Во – вторых, если рядом есть тот, кому хуже, тебя уже не тянет себя жалеть. Хуже всех в нашем отряде было не Свете, а Насте. Слово «астма», хриплое дыхание по ночам, впалая грудь, щуплое тельце и полные муки глаза вызывали если не сочувствие, то желание обращаться с ней аккуратно. Её не толкали, не вовлекали в беготню, не приглашали в шумные игры. Несмотря на малый ещё возраст, мы интуитивно чувствовали беду девочки. Даже думать боюсь о её дальнейшей судьбе.
Со Светой мы сошлись на почве языков. Девочка оказалась из народа Коми, чем вызвала у меня дикий интерес.
-«А научи меня считать до десяти!»- попросила я. И Света научила. Я пересчитала всё, что можно было в округе и закрепила в памяти так, что и сейчас воспроизведу.
«А как сказать «я сижу»?» - снова поинтересовалась я.
Боже! Как мы тогда хохотали! Я не стану приводить здесь текст, кто захочет сам найдет перевод фразы «Я сижу и смеюсь». Помню, мы прибегали в столовую или актовый зал и дразнили ничего не соображающего Вовку: "В крэсе пукане Якубов"! Дуры!- кричал он. "Сами вы это самое"!
Позднее к нашему ликбезу присоединилась Оля из Йошкар-Олы. Теперь мы со Светой пересчитывали окружающих ещё и на марийском языке, называли предметы и действия, искали в них смешные обороты. И находили! Это было прикольно! Повеселились мы тогда от души. Я в нашей троице оказалась самой бесполезной, потому что научила девчонок всего одной фразе- «иди сюда». В нашем отряде был мальчик из Татарстана, но мы не стали с ним связываться, какой из него учитель, да и не нужен нам пацан в девчачьей компании!
Забавно! Прошло столько лет! Я учила немецкий язык не один год, но, увы, не вспомню даже счёт. А на языке Коми и Марий Эл - легко!