Детдом расположился в старинном здании, возведенном до революции. Массивная постройка хранила много трагедий, секретов и неразгаданных тайн.
Сейчас здесь жили дети, оставшиеся без родителей по разным причинам. Много боли видели и продолжают видеть эти стены.
Днём с детьми занимались учителя, вечером дежурили ночные нянечки.
Сегодня на улице разыгралась непогода. Дождь хлестал по окна и страшно завывал ветер.
По потолку коридора проходил ряд ламп, выключатели находились на стене.
Нянечка баба Маша сидела в коридоре на стуле. Сегодня она надеялась закончить вязать шарф Антону. Этот мальчик обожал добродушную бабу Машу. И она прикипела к нему как к родному.
Вдруг первая лампа с конца коридора потухла.
«Лампочка перегорела», – решила баба Маша.
Следом за первой выключилась вторая, потом третья. И так все лампочки по коридору стали гаснут. Будто невидимая рука шла и нажимал поочерёдно выключатели на стене.
Баба Маша не была суеверным человеком. Она решила, что от непогоды произошло замыкание.
Жаль, вязание придётся отложить. Свет луны слишком слаб, чтобы заниматься рукоделием.
Женщина подошла к окну. Облокотившись на подоконник, глянула, что творилось на улице.
Ветер будто взбесился, деревья под его напором трепало из стороны в сторону, железная крыша гаража стонала и дергалась, то поднимаясь ввысь, то резко опускаясь вниз.
«Наделает сегодня беды», – повернувшись от окна, произнесла баба Маша.
«Беды не миновать», – в темноте нянечка не смогла разглядеть стоявшего рядом человека.
«Оля, это ты?» – попробовала угадать женщина.
Фигура, ничего не ответив, двинулась по коридору.
В неярком свете луны баба Маша увидела силуэт женщины в старинном платье.
В конце коридора незнакомка повернулась. Вдруг резко загорелись все лампочки и раздался истошный крик из медицинской части. Баба Маша кинулась туда, на бегу обернувшись на незнакомку. Коридор был пуст.
Вбежав в медицинское отделение, нянечка увидела сидящую на столе женщину. Сказать, что на ней был халат, нельзя. Но что-то смутно знакомое. Да, такую униформу она видела в кино про царское время. Её носили медсестры до революции.
В противоположном углу комнаты вжалась в стенку нянечка Оля. Страх парализовал девушку.
Баба Маша бросилась к ней. Обняв Ольгу, она повернулась к незваной гостье и стала читать молитву.
Не успела она произнести и трети спасительного текста, как незнакомка вздохнула, будто прощаясь, и буквально растаяла в воздухе.