Чем отличаются люди из Новосибирска и Москвы.
В 2010 году знаменитый борец, трехкратный олимпийский чемпион Александр Карелин дал интервью «СЭ» в рамках рубрики «Разговор по пятницам». В материале ниже - отрывок про слезу, стихи и Москву и Новосибирск.
- Слезы в вашей жизни - дело нечастое?
- Горькие?
- Любые.
- Сразу вспоминаю Сидней. Вот тогда плакал. Еще когда маму похоронил. Но не думаю, что об этом правильно говорить.
- Считаете, проявление слабости?
- Нет. Но не стоит делать это на виду. Окуджава Булат Шалвович об этом здорово написал: можно переживать - только не для того, чтоб кто-то увидел и оценил.
- Окуджава пел о ночной Сретенке. Будь вы Булатом Шалвовичем - песню о какой улице написали бы?
- Я бы писал про Сибирь. Если бы умел нормально рифмовать.
- Нам говорили, с рифмами у вас все хорошо.
- Не настолько. Хорошо - это когда тебя признают. Я что-то пишу для себя. Но это не значит, что умею.
- Чтоб признавали - надо набраться смелости и показать.
- Ну уж нет. Это большое свинство - злоупотреблять свободным временем дорогих тебе людей. Эксплуатировать их эмоции. Нельзя проводить на человеке опыты, как на лабораторной мыши, читая ему свои стихи. Зачем?
- Полагаете, у вас плохие стихи?
- Я, если честно, считаю, что у меня вообще их нет. Стихи - нечто выстроенное, гармоничное. А когда в твоем воспаленном мозгу что-то сложилось - это еще не поэзия.
- Андрей Вознесенский уходил в лес - и возвращался с полной тетрадью стихов. Как к вам приходит вдохновение?
- От лености точно ничего не родится, должно что-то произойти. Допустим, спор. Непримиримая позиция человека, мнением которого дорожишь. Вдруг - как-то раз, хоп! Написалось! Будто кирпич на голову!
- Что такое сибирский характер?
- Не могу вспомнить, чья фраза - «быть, а не казаться». Просто быть, вот это и есть сибирский характер. Мне сейчас часто присылают приглашения - приходите на передачу, мы вас хотим с необычной стороны показать. Хм…
- Что-то не так?
- Сибирский характер не предполагает открытий с необычной стороны. Сибиряки не стесняются служить, как бы это ни банально звучало. Сибирский характер - он как наш край. Разухабистый, огромный и закрытый, как Сибирь зимой. Просторы можно покорить - но как жить при минус 45? Вы, наверное, меня не понимаете.
- Очень стараемся. Узнаете земляков на московских улицах?
- Конечно. По прикусу, как я говорю. За границей легко определить человека из бывшего Союза - он почти не улыбается. А у сибиряков особое отношение к себе. Самовосприятие.
- И какое же?
- Не тревожное - но болезненное. Я могу сказать, откуда такой «прикус» берется: добежать и попросить кого-то о помощи тяжело. Бежать замучаешься - просторы вокруг. Люди живут своим укладом, своим миром. Дружба в Сибири не возвышенно-комплиментарная. Новосибирск большой город, это чувствуется - цивилизация ложится метастазами. Связи разорваны, люди уже сдержаны в проявлениях. А не надо щериться синтетической американской улыбкой - достаточно сказать: «Здравствуй». Даже здесь, в парламенте, я захожу в лифт, здороваюсь - люди иногда очень странно смотрят…
- «Чего это он»?
- Ну да. А это не потому, что у меня куча сотрясений мозга. Просто так должно быть. В Москве чувствуется напряжение, оно статичное. И вот внезапно среди суровых лиц и грубоватости - какой-то светлый, теплый человек.
- Вы ведь не любите Москву?
- Люблю. Но по-настоящему не научился здесь жить. Хоть иногда гуляю по старым улицам.
- От работы недалеко.
- Чуть от Тверской отклонишься - везде исторические места. Заходишь в любой двор, и чувствуешь нерв. Вокруг мировая столица, а там свой уклад. Не слишком модные зонтики над песочницей. Жизнь! Незатейливая, не разрисованная, не декорированная. Как же я могу не любить Москву и москвичей?
- Но жить в столице не будете никогда?
- Что, из Новосиба всем уехать? В Москве станет еще теснее - а там-то кто останется?
- Вы даже часы не переводите на московское время?
- Всегда живу по новосибирскому. Московское время у меня только в телефоне.
- Кстати, часов мы у вас на руке не видим.
- Часы у меня есть, поверьте. Но редко ношу.
- Почему?
- Я здоровый парень, ремешки обычно жмут.