Улыбалась? Улыбалась…
Чистая, душистая, волос белый, блестел переливался как чистый снег на солнце, я аж глаза прищурила, лицо белое, щеки розовые, глаза прикрыты и безмятежная улыбка. Кожа не была больше синюшной, она как будто тоже светилась. Что это? Свет так падает?
- Благодарю, - мягко и тихо выдохнула бабушка, и посмотрела на меня.
Я уставилась на нее как на некое чудо, не веря своим ушам и глазам.
- Угу, - утвердительно кивнула я. Придя в себя, кинулась за полотенцем, помогла обтереться, одеть теплую ночную сорочку и халат. Ноги в тапочки она уже одела самостоятельно.
- Слава Богу вы заговорили, тишина пугала если честно, - начала я, - Пойдемте на кухню, я вам сварила куриный бульон и ромашковый чай.
- Ну пойдем, - тихо сказала бабуля с добродушной улыбкой.
Помогла ей сесть за стол, бульон еще не остыл, настоялся и аппетитно пах травами. Налила его в широкую кружку, чтоб удобнее было ей пить. И принялась готовить чай.
- Поужинай со мной, - сказала тихо Агафья Ивановна, бабулей как то уже и называть не хотелось. Не выглядела она на ту, кто еще пол часа назад лежал в черной вонючей комнате. Передо мной сидела женщина преклонных лет с изумительным бирюзовым цветом глаз, со здоровым цветом лица и вьющими белоснежными волосами без единого серого волоса.
- Спасибо за приглашения, но мне нужно еще убрать вашу комнату…, - начала было оправдываться я, но мне не дали договорить:
- Не нужно больше ничего убирать, - махнула она рукой, - везде уже порядок, - как то загадочно улыбнулась она.
Я с недоверием глянула на нее и попятилась в ту самую злополучную комнату.
Зашла и замерла.
Это была другая комната, не та, в которой лежала старушка. Эта комната была светлой и чисто прибрана. Пахло тут морозной свежестью и свеже-скошенной травой, кровать была другой двуспальная с чистым белоснежным бельем. На подоконнике стояли цветы, которые просвечивали через тонкую белоснежную занавеску, на потолке сверкала хрустальная люстра, свет от которой играл перламутровыми лучами по всей комнате, от чего она казалась сказочной. На полу во всю комнату лежал светло-бежевый ковер, напротив кровати стоял комод с зеркалом, у окна кресло с подушкой и пледом.
Я стояла как вкопанная не веря глазам и кажется перестала дышать, быстро-быстро поморгала, чтоб прийти в себя, но увиденное не изменилось.
- Морок, - услышала я за спиной.
- Ч-ч-то?, - начала заикаться я.
- Морок, такой же как и на тебе был, до сегодняшнего дня, пошли ужинать.- Повторила Агафья Ивановна как ни в чем не бывало.
Я еще раз оглядела комнату, потрогала руками цветы, кровать, выключила и снова включила свет, думая что всё вернётся, и с открытым от изумления ртом отправилась на кухню.
Посуда и чашки стояли другие, на столе скатерть, мой чай с заваренной магазинной ромашкой, был разлит по изящным чашкам и в них плавали… настоящие цветы, настоящие ромашки, а не их порошок.
Бульон был разлит в белые пиала от которых поднимался аромат овощей и трав.
- Агафья Ивановна что происходит? - начала я с порога.
- Садись ешь, все разговоры после, и не называй меня так официально можно сокращенно - Гата, Агата ну или Агафья - будет вполне достаточно, - сказала она и принялась за бульон.
Я присела рядом, аромат блюд манил и попробовала бульон, в меру горячий и невероятно потрясающий вкус, я забыла про все вопросы, просто наслаждалась невероятным вкусом. Когда с бульоном было покончено, Гата кивнула удовлетворенно и с улыбкой протянула мне кружку ромашкового чая.
Глоток, другой, я закрыла глаза от наслаждения и…. и открыть их уже не смогла, сон сморил мгновенно...