Книга мемуаров, часть 46
Научный руководитель Института истории им. Ш. Марджани, один из отцов татарстанского суверенитета Рафаэль Хакимов издал книгу мемуаров под названием «Бег с препятствиями по пересеченной местности». В аннотации к ней указано: «Воспоминания о пройденном пути до и вместе с Минтимером Шариповичем Шаймиевым. Книга рассчитана на всех, кто интересуется современной историей». «Миллиард.Татар» продолжает публикацию этой работы с разрешения автора.Начало: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4, часть 5, часть 6, часть 7, часть 8, часть 9, часть 10, часть 11, часть 12, часть 13, часть 14, часть 15, часть 16, часть 17, часть 18, часть 19, часть 20, часть 21, часть 22, часть 23, часть 24, часть 25, часть 26, часть 27, часть 28, часть 29, часть 30, часть 31, часть 32, часть 33, часть 34, часть 35, часть 36, часть 37, часть 38, часть 39, часть 40, часть 41, часть 42, часть 43, часть 44, часть 45.
Блокаду Татарстану!
Мышление российских политиков было и остается однолинейным, оно знает только один вариант: отделяется республика или же остается в составе России и подчиняется указаниям Москвы. Никаких третьих вариантов. Мы пытались объяснить свои намерения, но подозрительность к словам и действиям противоположной стороны – обычное дело в переговорах. Они требовали однозначного ответа - входите или не входите? Российская сторона попыталась надавить и начала угрожать:
- Татарстану устроим блокаду. Что будете делать?
- Сами окажетесь в ловушке.
- Как это?
- Основные нефте- и газопроводы из Сибири в Европу проходят через Татарстан. Заблокируете нас, сами окажетесь в блокаде.
Эта тема отпала раз и навсегда.
Российские представители твердили:
- У части с целым не может быть равноправия, ведь целое всегда больше части.
- Но мы же ведем переговоры, значит, все же можем быть и равноправными. Для того и приняли «Акт о независимости», чтобы выстроить равноправные отношения.
Этот вопрос обсуждался в стиле рондо (т.е. «по кругу») и стал тормозом в работе. Эмоции в переговорах плохой помощник, нужны были реальные аргументы. Наконец, Бурбулис попытался прояснить тупиковую ситуацию:
- Значит, вы не входите в Россию, поскольку были завоеваны. В то же время вы не выходите. Вы суверенны, но не отделяетесь. Вы независимы.
- Но мы не сепаратисты.
- Вы остаетесь в составе страны, но суверенны. А-а-а, я, кажется, понял. Главное, что вы не выходите, ведь так?
- Так.
- Я готов подписать протокол!
Москва, если бы могла решить свои вопросы силовым путем, она бы так и сделала, не стала бы церемониться. Но татары расселены по всей России, их невозможно локализовать. Чеченский вариант, хотя и рассматривался для Татарстана, но не был принят экспертами в Москве. Аргументы «против» были весомее.
Впоследствии в Москве всячески отрицали готовность центра к силовому решению, но мы-то знали, что в 1992 году перебрасывались военные части в марийские леса, а десантная дивизия - под Ульяновск. Кстати, в Казани практически не осталось никаких военных подразделений, кроме военных училищ.
Оставался главный вопрос - статус республики, его отложили на потом, как самый спорный, заводящий переговоры в тупик. И тут появился еще один участник переговоров - Сергей Станкевич, опоздавший по объективной причине. Он посмотрел на подготовленный проект Протокола и обратился к своим:
- Что это, я не понимаю? Вы это собираетесь подписывать? Почему?
- Мы договорились с Татарстаном.
- Это нельзя подписывать.
- Понимаешь, тебя не было два дня.
- Что, за это время мир перевернулся?
- Но тебя просто не было.
Первый важный шаг был сделал. Необходимость договорных отношений Москва признала. Нам казалось, что скоро, очень скоро мы придем к согласию, осталось только обсудить вопрос статуса республики. Всего-то.
Первый раунд мы явно выиграли. Мы не подозревали, что впереди еще три года непрерывных споров с переменным успехом
Подробнее: https://milliard.tatar/news/rafael-xakimov-v-moskve-vsyaceski-otricali-gotovnost-centra-k-silovomu-reseniyu-no-my-to-znali-2690