Чувствую прерывистое дыхание новенькой за спиной. И кроет. Даже запах её чувствую.
Как волчара, который добычу учуял.
Это что ещё за выверты моего разума? Да и какого я вообще полез на её защиту?
Потому что про маму вспомнил.
Передергиваю плечами. Не хочу сейчас об этом.
– Э, Бородин, ты куда улетел? – бортует меня Глеб.
Цепляется за плечо. Стряхиваю его клешню.
– Че надо?
– Что-то ты какой-то озабоченный? Неужто Ника тебя окучила все-таки?
Друг ржет, а я хмурюсь в попытке понять, о чем речь.
– Я тебе грядка, что ли?
– О, ну хоть язык вырос опять, – Глеб давит смешок кулаком.
– Задолбется окучивать.
Бесит. Иногда ведет себя как придурок, но друг все же. А на друзей не жалуются.
– Вот это мой дружбан. А то думал, каникулы совсем тебя заквасили.
Брезгливо смотрю на друга.
– Морозов, блин. Что с твоим лексиконом?
Глеб толкает меня в бок и закатывает глаза к потолку. Хмыкаю.
Учителя вызывает директор, и класс как с цепи срывается.
Глеб довольно скалится и поворачивается к задней парте.
– Привет, я Глеб Морозов, будем знакомы.
Ловелас фигов. Но у меня слух на максималку выставляется.
Хочу голос её услышать. Уверен, он меня добьет, и вся выдержка слетит с петель. Но хочу вот.
– Привет. Я Снежана.
Ну все! Тушите свет! Бородин, ты встрял по самое не хочу. Голос этот тихий за секунду вгрызается в мозг.
Стискиваю в кулаке ручку и слышу, как она трещит. Ослабляю захват.
– Глеб, а ты решил пройтись по слабеньким?
Маркелов! Ну, тварина. Бесит.
– Маркелов, твою мать, ты решил сегодня выхватить? Без звездюлей, как без пряников, я смотрю, – не могу сдержаться.
Рычу как раненый зверь, но уже знакомая агрессия прокатывается по венам.
– Бородин, тебе опять ссылку из школы устроить? Так я устрою.
Скалится, гаденыш, а сам к стулу прижался.
Ссыкло!
– Так, может, тебе в больницу ссылку устроить?
Меня несет. Сам понимаю. Но, вашу за ногу, я ненавижу, когда к тем, кто слабее, лезут.
Личный таракан, который подстегивает защищать. Самому игнорировать, но вот таких придурков осаждать, если начинают лезть.
– Ну давай…
– А это Яр Бородин, и, кажется, сейчас он натворит дел. Простите, дамы, – доносится словно сквозь пелену голос друга.
Меня хватают за руку, когда я уже срываюсь с места.
– Э, остынь, брат.
Глеб с силой заставляет сесть.
А я выдыхаю.
Последнее, что мне нужно, – это вот такой залет с мордобоем.
Тина Дорофеева "Новенькая не для меня"
