Вторая годовщина «Вашингтонского погрома», когда сотни разъяренных американцев устроили «праздник непослушания», ворвавшись в Белый дом – хороший повод задуматься – а с чего это?
Можно вспомнить безмозглый английский Брекзит 2016 года – он тоже из той же серии тревожных звоночков для расслабленного Запада. Как и французские «желтые жилеты» отступившие только перед лицом Коронавируса и в любой момент могущие вновь выпустить хаос на улицы хоть Парижа, хоть Марселя.
Да и сам факт довольно благополучного сосуществования (до 24 февраля 2022 года) с таким опасным реликтом как путинский цезаризм так же является доказательством, что не всё благополучно в т.н. свободном мире.
Причина этого в диктате либерализма и его идеологического обоснования – позитивизма не только в экономической сфере (откуда они родом и где им и место), но и в области политики. Вместо философии, основанием политики становится экономика, напрочь лишенная морально-нравственного содержания.
На опасность этого еще в самом начале утверждения либерализма указывали в своих работах философы Франкфуртской школы Теодор Адорно и Макс Хоркхаймер.
«Каковы же последствия формализации разума? Справедливость, равенство, счастье, терпимость, т.е. все те понятия, которые являются присущими самому разуму или нуждаются в его санкции, утратили свои интеллектуальные корни.
В них по-прежнему видят цели и средства, но теперь отсутствует разумная инстанция, уполномоченная оценивать их и связывать их с объективной действительностью. Закрепленные почтенными историческими документами, они и сейчас пользуются некоторым престижем и даже содержатся в формулах высшего закона крупнейших государств. Тем не менее, они никак не утверждены разумом в его современном смысле. Кто может сказать, что какой-либо из этих идеалов более тесно связан с истиной, чем его противоположность?
Утверждение, что справедливость и свобода сами по себе лучше несправедливости и угнетения, с научной точки зрения неверифицируемо и бесполезно. Пожалуй, само по себе оно звучит так же бессмысленно, как утверждение, что красное красивее голубого или что яйцо лучше молока»
Если верить формализованному разуму, деспотизм, жестокость, угнетение сами по себе не являются плохими; никакая рациональная инстанция не может утвердить вердикт против диктатуры, если она сулит прибыль. Ну или порицать за выгодное взаимодействие с нею. Отсюда и ставшая причиной сегодняшнего международного кризиса терпимость к нефтегазовым девиантам типа Саудовской Аравии, ОАЭ, Катара. Даже Ирана с Россией.
Внутри же стран Запада начинает давать трещину главное обоснование власти – принцип правоты большинства.
Лишенный своего рационального основания этот принцип демократии становится зависимым исключительно от так называемых интересов людей, а эти последние суть функции слепых или слишком уж сознательно действующих экономических сил.
«Принцип большинства в форме ходячих истин по любому и каждому предмету, стал суверенной силой, которую мышление призвано обслуживать. Это - новый Бог, но не в том смысле, в каком его понимали вестники великих революций, т.е. как силу сопротивления царящей несправедливости, но в смысле сопротивления всему, что несклонно к конформизму.
И чем в большей степени научная пропаганда превращает общественное мнение в простое орудие темных сил, тем смелее оно берет на себя роль разума. Этот иллюзорный триумф демократического прогресса ведет к истощению той интеллектуальной субстанции, которой питается жизнь демократии»
С момента написания цитируемых работ Адорно и Хоркхаймера прошло не менее полувека. За этот срок ржавчина либерализма до такой степени разъела и фундамент демократии, и общественное сознание развитых стран, что впервые Европа (в широком смысле этого слова) стоит на грани не только военной, но и онтологической катастрофы.
Это на тему кто виноват. Что делать? А в этом и заключается катастрофичность ситуации – тех, кто мог бы мыслить на эту тему просто нет. Не предусмотрены они саморазрушительной концепцией либерализма.
А от ее верных служителей – социологов мы можем получить только вероятностные прогнозы – где, когда и с чего начнется падение Запада.