На первую официальную работу меня устроили по знакомству. В смысле, по-родственному, со словами: "Хорошая работа, не пыльная и при науке. Рисовать ты умеешь. Несколько лет посещений изостудии автоматически делают из человека рисовальщика на всю оставшуюся жизнь. Так я стала художником по камням в Институте Археологии и этнографии СО РАН в должности лаборанта.
При всём разнообразии археологии мне достался сектор неолита ещё до появления керамики. По меньшей мере мне в руки она не попадала ни в каком виде. Везде были камни - маленькие и большие, полностью обработанные и с единичными сколами, наконечники каменных топоров и обтюканные булыжники. Набор рабочих инструментов ограничивался баночкой с тушью, пером, штангенциркулем и бумагой. Весёлые археологи порадовались появлению юной барышни с косой до пояса и плотно обложили ящиками с камнями, подтаскивая ещё и ещё.
Каменные орудия труда - штука интересная, если рассматривать картинки, а потом идти заниматься своими делами. Восьмичасовой рабочий день, заполненный измерениями и штриховкой тоже вдохновляет только первое время. Ты берёшь очередной каменный топор, а строгали их в те времена в промышленных масштабах, и с замерами зарисовываешь во всех проекциях, тщательно обозначая штриховкой все волны по сколам. Если наш предок оставил необработанные моменты, то тут неровности прорисовывались точечками. Выглядело это всё примерно так:
Ящиков накопилось много, очень много. Судя по всему, штриховать и ставить точечки по восемь часов в день, желающих не находилось давно, а количество находок росло. Я с завистью посматривала на отделы других временных отрезков нашей истории. Там бегали с ржавыми железками, черепами и хвастались гораздо более любопытными обломками. На фоне всего этого великолепия завалы камней вокруг меня казались ещё тоскливее.
Только один раз из шкафчика достали коробочку, в которой рядами лежали хорошо обработанные наконечники из разноцветных камней.Ооооо!" - выдохнула я и потянулась рукой. Коробочку тут же закрыли и спрятали на место. Меня ждали мои монохромные валуны.
"Ну что, придёт лето, поедем в экспедицию! Тайга, романтика! Мы будем копать, а ты в лагере рисовать, ну и еду готовить будешь. Там такая красота! Вот смотри, в прошлом году маньчжурский тигр в лагерь пришёл. - мне сунули под нос чёрно-белую фотографию с полосатой мордой на фоне палаток. Глаза археологов горели нездоровым блеском и были полны духом авантюризма. Я представила себя с котелком еды на банду здоровых, накопавшихся за день мужиков, вернувшихся из тайги. С поварёшкой наперевес отбивающуюся от тигра в лагере, в крайнем случае можно было заплевать бумагой.
Настолько моя тяга к приключениям в те времена ещё не окрепла, я собрала нехитрые пожитки в виде кружки и тихо исчезла из мира науки. Сейчас думаю - а может быть, стоило остаться? Кто знает, как повернулось бы.
Читайте также.