Долгие километры пути от Икике до Арики проходят череду постоянных подъёмов и спусков, и голые плоскогорья сменяются долинами, по дну которых бегут узенькие речушки, — воды в них едва хватает, чтобы по берегам могли расти чахлые деревца. В этих исключительно засушливых степях днём стоит испепеляющая жара, но к вечеру становится намного прохладнее, что, с другой стороны, характерно для любого пустынного климата; в этих краях по-настоящему впечатляет мысль о Вальдивии, который с горсткой своих людей проезжал по 50–60 километров без единой капли воды или хотя бы кустика, в тени которого можно было бы укрыться в самые жаркие часы. Знание мест, где проезжали эти конкистадоры, автоматически превращает подвиг Вальдивии и его людей в один из наиболее впечатляющих эпизодов испанской колонизации, безусловно превосходящий деяния тех, кто остался в истории Америки лишь потому, что более удачливые деятели в конце своих военных авантюр завоевывали богатейшие царства, превращавшие в золото пот конкисты. Действия Вальдивии представляют собой никогда и никем не описанное страстное желание человека найти место, где он мог бы использовать свой неопровержимый авторитет. Фразу, приписываемую Цезарю, о том, что он предпочёл бы быть первым в скромной альпийской деревушке, чем вторым в Риме, с меньшей выспренностью, но с гораздо большим правом можно применить к эпопее завоевания Чили. Если неукрощённый арауканец рукой Кауполикана отнял жизнь конкистадора, то вряд ли его последние мгновения походили на смерть затравленного зверя. Не сомневаюсь, что, припоминая прожитую жизнь, Вальдивия нашел в ней полное оправдание своей гибели как самодержавного повелителя воинственного народа, поскольку принадлежал к тому особому типу людей, которые появляются через определенные промежутки времени и в которых неограниченные авторитет и власть суть неосознанное стремление, иногда заставляющее казаться естественными перенесенные ради него муки.
(Эрнесто Че Гевара «Дневник мотоциклиста_Заметки о путешествии по Латинской Америке»)
