Галломания, т.е. преклонение перед всем французским, процветала в России в 18-19 веках.
Дворяне красиво изъяснялись на французском языке, а русским языком владели очень плохо. И подтверждение тому в нашем небольшом исследовании.
Из воспоминаний князя Феликса Юсупова:
«Русские аристократы стали космополитами. Поклонялись они иностранщине и то и дело ездили за границу. Все матушкины знакомые нарочно говорили только по-французски, а русский коверкали. Нас с братом это злило, и отвечали мы старым снобкам только по-русски. А старухи говорили, что мы невежи и увальни».
Ещё цитата: «Хорошим тоном было посылать мыть бельё в Париж и Лондон».
Вплоть до середины 18 века русских пьес в театрах не ставили вообще. Почти все актёры были иностранцами.
Юсупов в своих мемуарах высказывается о причинах этого. Он считает, что виноват во всём вкус императриц и великих княгинь, родом иностранок, как правило, немок, на протяжении двух веков. «Немного оставалось семей, хранивших традиции старой Руси».
Далее обратим свой взгляд на произведение «Евгений Онегин». Александр Пушкин о письме Татьяны:
«…Она по-русски плохо знала,
Журналов наших не читала
И выражалася с трудом
На языке своем родном,
Итак, писала по-французски…»
Далее тоже очень интересная цитата о современницах Татьяны Лариной:
«… русским языком
Владея слабо и с трудом,
Его так мило искажали,
И в их устах язык чужой
Не обратился ли в родной?»
Евгений Онегин характеризуется так: «он по-французски совершенно мог изъясняться и писал».
Пушкин признаётся в том, что сам не любит русской речи «без грамматической ошибки». А сердечный трепет в его груди производят «неправильный, небрежный лепет» и «неточный выговор речей».
Почему-то и ножки русских женщин ему тоже не нравились: «только вряд найдёте вы в России целой три пары стройных женских ног». Но это так, к слову.
Идём далее.
Записка Чаадаева, в которой он извиняется перед Государем за плохое владение русским языком «писавши к Царю русскому не по-русски, сам тому стыдился. Но я бы не сумел выразить своё чувство на языке, на котором прежде не писывал».
Лев Толстой в произведении «Война и мир»: «Князь говорил на том изысканном французском языке, на котором не только говорили, но и думали наши деды».
Знаменитая фраза Кутузова на совете в Филях: «С потерей Москвы не потеряна ещё Россия» – была сказана по-французски.
Фонвизин в «Бригадире»: «Тело моё родилося в России, это правда, однако дух мой принадлежал короне французской».
А вот какой интересный документ был случайно обнаружен нами. По указанию Петра Первого в 1717 году был подготовлен и издан сборник советов для детей знати. 27 совет звучит так: «Младые отроки должны всегда между собой говорить иностранными языками, дабы тем навыкнуть могли. А особливо когда им что тайное говорить случится, чтоб слуги и служанки дознаться не могли и чтоб можно от других незнающих болванов распознать».
В наше время происходит что-то подобное. Мы тоже намеренно коверкаем слова. Но такое огромное влияние на язык оказывает другая мода: Интернет-культура. Мы видим, как люди в социальных сетях специально искажают написание слов. При этом они могут очень хорошо владеть нормами и правилами речи. Таким образом выражается своеобразный протест против чрезмерной регламентации русского языка, обозначается своя собственная субкультура.
Явление это стало настолько распространённым, что иногда написанное невозможно понять. Что это за слова: «котег», «ящетаю», «камуфло», «ястаралсо»? Что это за новые слова: «навроде», «по мне», «касаемо»?
Люди во все времена любят играть с языком. Они нарочно ломают правильную структуру предложения, находят необычные варианты слов. Трудно понять смысл. Вроде бы знакомое слово, но написание неправильное. Это оригинально, модно и это мгновенно распространяется, становится на короткий срок фетишем.
Может быть, это опять своеобразный знак образованности населения? Знак принадлежности к элите?
Источник информации:
1. Аргументы и факты. 21.11.2015. «Иди ты в бан, френд! Зачем мы коверкаем русский язык?»
2. Комсомольская правда. 06.06. 2016. «Серпом по Далю: «касаемо», «крайний» и другие перлы современного русского языка».