После небольшого перерыва мы возвращаемся к нашему излюбленному занятию – разглядыванию обложек главного капиталистического рупора западного мира, журнала The Economist. Как и многие предыдущие еженедельные выпуски этот также посвящен Китаю и его возвращению из пандемийной реальности.
8 января Китай открывает свои границы и делает самый большой шаг для ликвидации “политики нулевой терпимости к пандемии covid19”. Уже на протяжении трех лет КНР оставалась закрытой от мира – весной 2020 г. страну покинули студенты, иностранные работники, туристы больше не приезжали в Гонконг, а инвесторы испытали очередной шок; со стороны властей были предприняты беспрецедентные, порой даже самые драконовские меры для сдерживания роста заболеваемости. Если в краткосрочной перспективе такое ограничение личной свободы оказалось эффективным, в дальнейшем Китай столкнулся с большими проблемами по освобождению от карантинных мер.
Новое открытие Китая окажет колоссальное влияние на мировую экономику. Например, рынок нефти ощутит значительные изменения: растущий спрос на топливо в Китае должен компенсировать спад потребления в Европе и США из-за замедления роста их экономик. Экономическое восстановление Пекина может поднять цену на нефть марки Brent до $100 за баррель, что на четверть больше по сравнению с сегодняшними ценами.
Рост цен на энергоносители вместе с другими побочными эффектами от открытия Китая приведет к росту инфляции по всему миру и поднятию процентных ставок – уже сегодня ряд Центральных банков поднимает ставку рефинансирования в надежде защититься от китайских маневров.
Для самого Китая возвращение к нормальной жизни уже не будет означать возвращение к старой жизни. В конце прошлого года мы наблюдали внутриполитические изменения в стране с целью укрепить власть господина Си, который утверждал в своем последнем обращении нации, что “свет надежды находится перед нами” – однако что именно наблюдает перед собой китайский шеф по его взгляду сказать нелегко. Ковидная политика китайских властей отпугнула иностранных инвесторов, теперь они менее уверены в том, что стабильность их бизнеса не будет нарушена. По этой причине все чаще бизнесмены из-за рубежа готовы нести большие затраты для открытия производства в другом месте – по последним данным, число компаний, выводящих свой бизнес за пределы Китая, выросло.
Что касается международной перспективы, то последнее открытие Китая такого масштаба произошло после окончания отупляющей изоляции времен Мао, когда Пекин начал процветать, а товары, люди и инвестиции хлынули в обоих направлениях. Напомним, что и весь мир извлек пользу от этих изменений. Если повезет, нынешний приход Китая в норму в конечном счете увенчается успехом. Насколько именно открытым будет новый Китай, еще предстоит выяснить.