Тот год был для меня особенным. В праздник Рождества в моей жизни должно было совершиться очень важное для меня событие: мне предстояло познакомиться с моим отцом… Именно мне, потому что отец до того уже видел меня неоднократно, когда я была совсем малышкой, и даже носил на руках, но я этого, конечно, не запомнила. А потом связь между моими родителями прервалась на несколько лет. И вот мне уже шесть, а я ещё не видела своего папу, кроме как на чёрно-белых фотографиях.
У меня не получалось в силу возраста волноваться перед предстоящей встречей, а вот радости было немало! Я знала, что отец приедет всего лишь на пару дней, но мне казалось, что за это время мы с ним успеем сделать невообразимо много! Сколько всего мне нужно рассказать и показать ему!.. Обязательно показать ледяные узоры на стекле балконной двери. Это важно – не забыть, потому что вряд ли отец мог где-то ещё увидеть такие красивые цветы и листья. Нужно обязательно познакомить его с моим сирийским хомячком Соней, хотя это мальчик. Почему Соня? Так спит всё время! Мама говорит, что он не спит по ночам, но я ей не верю. По ночам спят все дети и животные, потому что не спать и играть ночью не разрешает строгая, но любимая бабушка. Вот я и попрошу папу проверить – спит ли Соня по ночам или всё-таки нет. Его же бабушка не станет укладывать в постель… Ведь нет?.. Обязательно нужно похвастаться тем, что я уже знаю все буквы и многие цифры и очень бойко читаю и считаю. Я ещё не могу понять, как узнавать время по часам со стрелками, часто путаюсь, но об этом папе можно и не рассказывать… А ещё я зажгу в кухне свечу, выключу лампочку на столе и расскажу страшную историю, что сама недавно услышала от своей подружки. Там очень важны тени на стене, оттого и свечка. Отец точно испугается! Я же испугалась. А мама говорит, что я вся в отца. Правда, говорит она это обычно тогда, когда недовольна мной, но это ничего…
Я спрашивала маму, почему папа не приехал ко мне на Новый Год, а она сказала, что в этот день он должен был находиться с моим маленьким сводным братиком, и что не нужно на это обижаться, потому что братик ещё совсем кроха, а я уже большая и могу подождать неделю. А Рождество, если подумать, ещё больший праздник, чем Новый Год, только мне ещё не рассказали, почему. Но бабушка обязательно расскажет, потому что она всё об этом знает. И про Пасху расскажет, но позже, весной, когда, собственно, и наступит Пасха. Но если хочешь, то расскажем мы с отцом…
Отца ждали к вечеру, в рождественский сочельник. И хотя мама была против, я всё-таки настояла на том, чтобы надеть своё лучшее платье из шёлка – кремовое, с белоснежными кружевами, с юбкой «солнце» и прелестными рукавами «фонариками». То, что это летнее платье, я не подумала, и вскоре, замёрзнув (в те годы у нас не очень хорошо топили, насколько я помню), снова облачилась в свою обычную тёплую одежду.
Вот и вечер, но отец всё не едет… Мама тоже стала как-то часто смотреть на часы и, я замечаю, всё больше и больше сердиться. Я слышу, как она с чувством бубнит себе под нос, видя, как на мои глаза наворачиваются слёзы: «Наобещал ребёнку!.. Заверил!.. Не нужно было ей (то есть мне) говорить, сейчас бы и не знала ничего…» Я старалась тихо прошмыгнуть в спальню и уткнуться носом в детскую книжку, делая вид, что читаю, а вовсе не переживаю. Но как-то слишком низко я склоняюсь над страницами, как-то слишком крепко я держу в руках книжку… В соседней комнате голоса. Ссорятся мама с бабушкой. Бабушка ругает маму за то, что та пообещала мне приезд отца вместо того, чтобы вообще не упоминать о нём ребёнку, потому что уж она-то должна знать «какой он». Мама пытается оправдаться тем, что рано или поздно у меня всё равно возникнут вопросы об отце. К тому же, в нашем городе живут его родственники, которые время от времени навещают меня. Я сижу, склонившись над книжкой и горько плачу. Если папа не приехал ко мне в такой большой праздник, как Рождество, значит, в обычный день он тем более не приехал бы. Значит, папа меня просто не любит… Да и за что ему меня любить?.. Мне вот уже шесть лет, а мы с ним толком не знакомы. Вот братик Лекса знает папу очень хорошо, потому что живёт с ним. Лексу папа любит.
Пришло разочарование, а вслед за ним обида. Ну и пусть не приезжает!.. Мне без отца хорошо было, и дальше тоже будет хорошо!.. Ничего я не стану ему рассказывать и показывать. Я даже вот что… Я сейчас пойду и соскребу те прекрасные ледяные цветы со стекла! Мои попытки увидела бабушка. Она отобрала у меня ножницы, которыми я орудовала, пообещала надрать ухо, а потом прижала к своему фартуку, вечно пахнущему пирогами, и заплакала. Я знаю, что плакала она не из-за того, что не приехал мой отец, а из-за того, что я, в её глазах, несчастная сиротиночка, которую она, впрочем, в обиду не даст и сделает всё, чтобы я была счастлива. А может, бабушка вспомнила тогда Вареньку…
Наступил поздний вечер. Я, как делала это каждый день, поменяла воду у Сони, положила ему свежей еды и в который раз удивилась тому, что вчерашняя еда оказалась частично съеденной, а частично перенесённой в угол клетки. Когда Соня всё это делал, если он постоянно спит?.. Про обман со стороны отца я больше не думала. Мне хватило сил и гордости просто обидеться на него. Закончился фильм, который обычно шёл после программы «Время», пришла пора всем ложиться. К тому времени хомяк был накормлен, мои игрушки убраны в шкаф, зубы почищены, входная дверь надёжно заперта на два замка и смешную тоненькую цепочку, которую, кажется, могла бы порвать даже я, приложив все свои усилия. Но закрывание двери – это бабушкин ритуал, который проводится каждый вечер и сопровождается чтением молитвы «Отче наш». Потом, когда я уже лежу в постели, бабушка читает молитву и мне, после чего тоже идёт спать. Наступает ночь и с ней приходит тишина...
Я просыпаюсь от звука дверного звонка, который в это время суток звучит особенно громко. Понимаю, что не спит бабушка. Она сидит на своей постели и ей неуютно. Потом, когда я стала старше, я поняла, что бабушка всю жизнь боялась ночных гостей… Некоторых её соседей именно ночью увозили некие люди, и было это давно, ещё до войны. Но страх перед ночными звонками и стуком в дверь остался на всю жизнь. Мама тоже не спит, но, в отличие от бабушки, она не боится и уже в коридоре. Я слышу, как она спрашивает, кто за дверью. До меня доносится едва слышимый женский голос, который принадлежит моей тёте, сестре отца. На часах, как потом выяснилось, было два ночи. Мама немного ворчит, напоминая о времени, но потом я слышу мужской голос, который говорит что-то о поломке какой-то машины из-за которой пришлось так сильно задержаться. Ему вторит голос моей тёти, и мама смягчается, уже не ворчит. Все трое прошли в кухню и тихо разговаривают, смеются. Туда же уходит и бабушка. Я снова засыпаю, убаюканная отдалённым журчанием голосов, нечаянным звоном посуды и скрипом половиц под табуретками. Я даже вижу какой-то сон…
…Продолжение совсем скоро. Также я обязательно закончу свою историю о поездке к тёте Роне, о судьбах Ляли и Сашка. Я специально не стала публиковать последние части в праздники, потому что одна из них довольно грустная, а это совсем не вписывается в радостные новогодние деньки.
Всем удачи!
Ваша Таня Дж Нелли…
