В подъезде разгорался скандал.
Катерина вышла на площадку, перегнулась через перила и посмотрела вниз. Илона Романовна, старшая по подъезду, уперев руки в бока, натурально орала. Напротив нее стояла Клавдия Митрофановна, соседка со второго этажа, и тоже орала.
- А я вам говорю, свежий воздух нужен! Что за моду взяли, дышать нечем!
- Вы, блин, понимаете, что на подъезде домофон?! Что он специально поставлен, чтоб никто чужой сюда не проник?!
- Да кому ваш домофон нужен! А дышать нечем!
- Что там? – спросил Павел, выходя на площадку. Катерина пожала плечами.
- Да все то же самое. Клавдия Митрофановна.
- А-а-а...
Дом, в котором на третьем этаже уже много лет жили Лисичкины, был старый, но надежный. Четыре подъезда, в каждом по двадцать квартир. Заселяли его давно, все всех знают. Существовали соседи довольно мирно, решения на общем собрании жильцов принимали практически единогласно. И вот месяц назад приняли очередное: установить на подъезды домофоны. Неподалеку затевалась масштабная стройка супермаркета, куда повадились таскаться в поисках приключений ольдинские подростки. Они уже несколько раз осчастливливали своим вниманием подъезды, где холодной весной так хорошо тусить, курить и слушать музыку.
Решение приняли, денег из бюджета выделили, домофоны установили. Во всех подъездах настала тишь да гладь. И только в первом, где жили Лисичкины, тишина никак не устанавливалась. Клавдия Митрофановна, активная бабуся восьмидесяти с гаком лет, воспротивилась домофону кардинально. Она привыкла, что в подъезде прохладно, а штуку с кнопками притащили, не иначе, бесы, чтоб старушку уморить. Стоило кому-то зазеваться, как Клавдия Митрофановна резво бежала на первый этаж, открывала дверь и подпирала ее кирпичиком. Катерина лично трижды выносила кирпичик на помойку, однако по возвращении обнаруживала следующий. Павел подозревал, что в квартире Клавдии Митрофановны открыт магический портал в магазин стройматериалов.
- А я вам говорю: дверь будет открыта, пока я жива! – заорала соседка и, сочтя дальнейшую дискуссию бессмысленной, гордо удалилась в свою квартиру.
- Илона! – позвала Катерина старшую по подъезду, и та подняла на нее бешеный взгляд. – Иди к нам, чаю попьем.
За чаем с пирогами, которые Катерине очень удавались, Илона немного пришла в себя.
- Вроде в остальном нормальная тетка, - жаловалась она, - а с этим свежим воздухом, будто с ума сошла! Главное, не на первом этаже живет, на втором... Не знаю уже, как ее уговорить нам жизнь не портить.
- Да не уговоришь ты ее, - махнула рукой Катерина, - она завскладом сколько лет проработала, представляешь, какая у нее закалка?
- Уговаривать и не будем, - усмехнулся Павел, - но подстрахуемся.
- Что ты придумал? – заинтересовалась Илона.
Три дня в подъезде было тихо. Кирпичик периодически возникал у входной двери, однако Илона больше не ходила скандалить. А на четвертый день рано утром Катерина проснулась от жутких воплей, несшихся с лестничной клетки. Поспешно накинув халат, Катерина выскочила из квартиры; за ней с ломиком наперевес бежал Павел в семейных трусах.
Орала, разумеется, Клавдия Митрофановна. И было отчего: все двери на первом и втором этаже оказались изрисованы краской из баллончика. Особенно внушительная надпись неприличного содержания красовалась на двери любительницы свежего воздуха.
- Это Митька! Митька с четвертого! – бушевала Клавдия Митрофановна, потрясая костлявым кулачком. – Милиция! Пожар! Убивают!
- Какой Митька? – осведомился Павел, разглядывая монументальные художества. – Он с родителями на Кипр отдыхать улетел, не вернулись еще. А тут и рисовали, и курили, и пили, - он поддал ногой в тапке жалобно зазвеневшую пивную бутылку.
- Митька! – продолжала орать соседка.
- А вот сейчас и посмотрим, он или нет, - сказала Катерина решительно.
- Как это так посмотрим? А?!
- Да так, что мы над дверью подъезда камеру установили, - объяснила спустившаяся с пятого Илона. – Вот, Павел Григорьевич нам очень помог.
- У меня одна осталась, - объяснил выдохшейся скандалистке Павел. – Мы на дачу ставили... Ну, глянем сейчас. Только штаны надену.
Камера, которую никто за три дня не заметил, дала четкий ответ: в два часа ночи в подъезд зашла группа подростков. Вышли они через час, удалились во тьму. Никто больше не заходил.
- Вот так-то, Клавдия Митрофановна, - злорадно сказала Илона, - теперь за ваш счет будем краску оттирать! Вот до чего ваш свежий воздух довел, а?
- Как за мой счет?! – завелась соседка, и Павел с Катериной, захватив камеру, покинули поле боя.
- Ну что, поможем все оттереть? – спросила Катерина мужа. Тот тяжко вздохнул.
- Ну, конечно. Это и наш подъезд тоже, да и что она там ототрет, Клавдия эта... Ничего, у меня в кладовке отличный растворитель есть! Только после него, - он усмехнулся, - некоторое время свежего воздуха будет маловато!
P.S. кстати, дорогие мои, история абсолютно реальная. Правда в оригинале, хулиганы нагадили в лифте.
© Баранова А.А., 2023