За редким исключением, американские спортивные автомобили из 1960-х были довольно-таки примитивны по своей сути: проверенная компоновка, объемный V8, широкие шины – просто, прямолинейно и эффективно. Но такой подход устраивал не всех.
Нежнее, еще нежнее
Для тех, кому было скучно, существовали альтернативы европейского происхождения вроде Porsche. Но особенно популярными машины из Европы не были: скорее их выбирали те, кому довелось познакомиться с этими авто лично во время жизни за пределами США.
Нарушить эту традицию задумал промышленный дизайнер Генри Ковингтон. "Обтекаемость и малый вес – вот, что важно" – примерно так он озвучивал свои мысли. Взяв за основу аэродинамические принципы, Ковингтон и его друг, эксперт по стекловолокну, разработали очень необычное купе. Ковингтон хотел доказать, что для быстрого передвижения не нужно столько грубой силы, как в случае с более традиционными автомобилями. Прототип был готов в 1960 году. Кузов был изготовлен из стекловолокна, традиционных дверей в авто не было – в салон можно было попасть через обтекаемый подъемный купол, а общий дизайн вышел как минимум экзотичным.
Отсюда появилось и название авто – El Tiburon, что в переводе с испанского означает "акула". Чем-то авто действительно ее напоминало. Автомобиль получился приземистым: чуть больше метра в высоту, 1,85 метра в ширину и около 4 метров в длину. Обычно так выглядят какие-нибудь концепт-кары, которые не факт что вообще умеют передвигаться самостоятельно, но "Акула" была полноценным автомобилем для водителя и одного пассажира.
При постройке авто больше всего пришлось повозиться с кузовом. Первоначальная форма создавалась при помощи рамы, гипса и автомобильной грунтовки, чтобы поверхность получилось гладкой. Затем форму покрывали разделительным составом, поверх которого наносилось несколько слоев смолы и стеклоткани. Производство было хоть и штучным, но все же повторяемым: при условии сохранения гипсовой формы кузовные элементы можно было изготавливать повторно в необходимом количестве.
Изначально автомобиль разрабатывался для шасси и двигателя Renault 4CV – малолитражки с двигателем 747 куб.см, которая производилась с 1947 года, но только этим кузов ограничен не был. В нем также была предусмотрена возможность перехода на базу куда более интересных Renault Dauphine и Porsche 356.
С двигателем от Renault 4CV на 17 л.с. максимальная скорость El Tiburon составляла 125 км/ч, в то время как сам Renault не добирался до отметки 100 км/ч даже при относительно небольшом весе 620 кг. Ковингтон также провел испытания с двигателем от Dauphine на 45 л.с., и с ним авто разогнался почти до 200 км/ч. Возможно, этот показатель не был предельным, но разгоняться еще больше Ковингтон не решился – кузов начинал вести себя нестабильно.
Внезапный финал
На автомобиль обратили внимание. О нем писали популярные журналы того времени Road & Track, Hot Rod, Popular Mechanics и Mechanix Illustrated. В одном из тест-драйвов автомобиль описывали так: "В пробках вы сидите так низко, что можно видеть свет под обычными седанами. Подъезжая к автобусу, вы будто смотрите в голландский туннель. "Акула" – это очень особенная машина".
Такая популярность не прошла даром. К 1962 году автомобиль был окончательно испытан, настроен и готов к выпуску. Более того, 6 экземпляров авто было построено на продажу. А потом случилось то, чего никто не мог ожидать: 38-летний Ковингтон внезапно скончался. Его смерть предопределила будущее всего проекта. Друг и соавтор Ковингтона попытался сохранить проект, обновил кузов, превратив его из купе в родстер, но смог выпустить только 5 автомобилей. Последний вышел в 1965 году.
Вряд ли "Акулу" ждало какое-то громкое коммерческое будущее. Авто был слишком "не таким", чтобы рассчитывать на массовый спрос. Но, будь жив Ковингтон, который больше других горел этим проектом, возможно, количество построенных автомобилей все же превысило бы скромные 11 штук.