Украинской гривне грозит девальвация в том случае, если международная финансовая помощь не будет поступать вовремя, пишет "Главред". Кроме того, рост миграции в Европу приведет к увеличению оттока валюты.
Алексей Кущ
Экономическая ситуация на Украине сейчас является производной от динамики конфликта. Соответственно, курс валют – это отражение ситуации в экономике. Нынешняя ее модель, которая предполагает экономический кризис, в частности, падение инвестиционной активности бизнеса и покупательной способности населения не только приводит к снижению импорта, но и влияет на возможности украинского экспорта получать валютную выручку. Кроме того, экспорт снижается и из-за блокировки транспортных маршрутов.
Два этих фактора уравновешивают друг друга. И, если сравнивать объемы валюты, которую за 10 месяцев продали на межбанковской бирже, можно увидеть, что валюты было куплено всего лишь на 3 миллиарда гривен больше, чем было продано. Это говорит о том, что валютный рынок более-менее сбалансирован. Наличный рынок также ограничен платежеспособностью населения и кризисом в теневом секторе экономики. Поэтому наличность идет только по карточным счетам украинских беженцев в Европе.
В начале конфликта туда уходили по 3 миллиарда евро, а сейчас около 1,5 миллиарда. То есть семьи на Украине зарабатывают деньги и пересылают их своим родственникам, тем самым провоцируя отток валюты из Украины. Пока такой отток удается перекрыть за счет международной финансовой помощи, то есть тех средств, которые мы будем получать в виде кредитов и грантов.
Поэтому в нынешней ситуации глубокой девальвации гривны не будет. Существенная коррекция курса может произойти, если по каким-то причинам международная финансовая помощь вовремя не поступит в Украину. Или если увеличится поток миграции украинцев в Европу, что, соответственно, усилит и отток валюты в Европу. Каким в этом случае будет влияние на курс – прогнозировать очень трудно, но оно явно будет серьезным.
Пока вероятность такого сценария крайне мала, потому курс продолжит колебаться в нынешних значениях. С учетом волатильности – на уровне 40 гривен плюс 10 процентов. То есть курс гривны по отношению к доллару в случае девальвации может достичь отметки в 44–45 гривен, но и тут возможны качели и откат назад в рамках коррекции. При этом не исключено, что курс может укрепиться в коридоре 5 процентов.
Во время конфликта главная задача инвестора – не заработать, а сохранить деньги. Наиболее оптимальное решение – хранить накопленное в иностранной валюте, причем евро стоит отдавать предпочтение в случае долгосрочных вложений, а долларам – в краткосрочных. В случае хранения средств в гривне, стоит выбирать между банковскими депозитами и военными облигациями, причем в военных облигациях и процент выше, и налогообложения нет, не говоря уже о том, что за счет таких облигаций оказывается помощь государству. Все остальное (как, например, вложение в товар) – это уже не стратегия инвестирования, а личного бизнеса.
В 2023 году Европа приблизится к экономической рецессии, что всегда провоцирует падение спроса на энергоресурсы. И потому той ситуации, при которой РФ изнутри пыталась расшатать ЕС, в следующем году уже не будет. Разве что в случае форс-мажора – атаки России по украинской ГТС, что может спровоцировать очередной виток газовой эскалации и привести к некоторому дефициту газа на Украине.
В случае с электроэнергией, основная проблема – в ее наличии. У нас сейчас наблюдается классическая энергетическая бедность, когда из-за нехватки электроэнергии снизилось энергоемкость ВВП, которая и формирует потолок роста цен на электроэнергию. Как следствие, изменилась структура генерации – в частности, доля атомной генерации возросла до 80%, потому что тепловая генерация сильно повреждена, а ветровая и солнечная в большинстве своем находятся на присоединенных Россией территориях и тоже повреждена. Потому электроэнергия не будет слишком дорогой для промышленности, но ее не будет хватать. Поэтому дефицит энергоресурсов в 2023 году будет сохраняться.