Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Река Потудань.

"Достоевщина"

Что такое «достоевщина»? Это надрыв и безысходность. Там, где есть алкоголизм, там всегда есть достоевщина. Ощущение безысходности. То есть нет выхода. Наш сын-алкоголик, который живет с нами полгода, изменил нашу жизнь. Мы были независимыми, а теперь мы довольно-таки зависимые от другого человека люди. Но мы не хотим зависеть от него и его состояния, и мы пытаемся найти психологические уловки, которые помогли бы нам не впасть в отчаяние. Прежде всего, мы хотим объяснить себе, почему он стал алкоголиком и, наверное, это нам нужно, чтобы избавиться от чувства вины. Итак, обсуждая свою проблему с разными людьми, мы пришли к выводу, что это: - нехватка дофамина в организме - неумение адаптироваться к жизни - пустота в душе - наследственность - недоданность любви … и, как результат – алкоголизм. У нашего алкоголика есть всё вышеперечисленное (про дофамин, конечно, не знаю). Но почему-то я всё больше убеждаюсь в том, что алкоголиками рождаются. Всё это вызывает наше сочувствие, но когда ал

Что такое «достоевщина»? Это надрыв и безысходность. Там, где есть алкоголизм, там всегда есть достоевщина. Ощущение безысходности. То есть нет выхода. Наш сын-алкоголик, который живет с нами полгода, изменил нашу жизнь. Мы были независимыми, а теперь мы довольно-таки зависимые от другого человека люди.

Но мы не хотим зависеть от него и его состояния, и мы пытаемся найти психологические уловки, которые помогли бы нам не впасть в отчаяние.

Прежде всего, мы хотим объяснить себе, почему он стал алкоголиком и, наверное, это нам нужно, чтобы избавиться от чувства вины. Итак, обсуждая свою проблему с разными людьми, мы пришли к выводу, что это:

- нехватка дофамина в организме

- неумение адаптироваться к жизни

- пустота в душе

- наследственность

- недоданность любви … и, как результат – алкоголизм.

У нашего алкоголика есть всё вышеперечисленное (про дофамин, конечно, не знаю).

Но почему-то я всё больше убеждаюсь в том, что алкоголиками рождаются.

Всё это вызывает наше сочувствие, но когда алкоголик проявляет свои отрицательные качества, наше сочувствие пропадает неизвестно куда. Вероятно, на первый план выходит инстинкт самосохранения.

Алкоголик «очень переживает», что мало выпьет. Я вижу просто неуёмную жажду алкоголя. Мне постоянно хочется купить ящик водки и поставить рядом с ним. Интересно, как он к этому отнесется и что будет делать… Но я пока не решила для себя вопрос с этичностью этого поступка. А вдруг у этого поступка будут губительные для здоровья нашего алкоголика последствия, и я потом буду всю жизнь винить себя. Но купить для него ящик водки так и тянет.

В редкие минуты просветления разума нашего алкоголика, я пытаюсь «буравить» его сознание и хочу его пробудить для другой жизни, но он упорно непробиваем и из всех жизненных перспектив выбирает – ПИТЬ. Просветление он не видит в других прелестях жизни. Просветление дает только водка.

-2

Муж считает, что «буравить» сознание нашего алкоголика не нужно, а нужно ждать, когда он сам одумается. Мне всё-таки кажется, что жизнь алкоголиков в абсолютном большинстве случаев – это безысходность. Никогда они из своего состояния, за редкими исключениями, не выйдут.

И ведь все депутаты-законодатели знают, что алкоголизм дает обществу массу социальных проблем: убийства в состоянии алкогольного опьянения, разрушенные детские судьбы, разрушенные семьи…, но проблема алкоголизма в стране так и не решается, как не решалась во времена Достоевского.