Принялись они весьма ретиво, очевидно, собираясь показать мне, как это делается. Я не стал наводить критику: я просто наблюдал. Когда Джордж кончит жизнь на виселице, самым дрянным упаковщиком в мире останется Гаррис. И я смотрел на груду тарелок, чашек, чайников, бутылок, кружек, пирожков, спиртовок, печенья, помидоров и т. д. в предвкушении того, что скоро произойдет нечто захватывающее. Оно произошло. Для начала они разбили чашку. Но это было только начало. Они разбили её, чтобы показать свои возможности и вызвать к себе интерес. Потом Гаррис поставил банку земляничного варенья на помидор и превратил его в кашу, и им пришлось вычерпывать его из корзины чайной ложкой. Тут пришла очередь Джорджа, и он наступил на масло. Я не сказал ни слова, я только подошёл поближе и, усевшись на край стола, стал наблюдать за ними. Это выводило их из себя больше, чем любые упреки. Я это чувствовал. Они стали нервничать и раздражаться, и наступали на приготовленные вещи, и задвигали их куда-то, и потом, когда было нужно, не могли их разыскать; и они уложили пирожки на дно, а сверху поставили тяжелые предметы, и пирожки превратились в лепешки. Они все засыпали солью, ну, а что касается масла!.. В жизни я не видел, чтобы два человека столько хлопотали вокруг куска масла стоимостью в один шиллинг и два пенса. После того как Джорджу удалось отделить его от своей подошвы, они с Гаррисом попытались запихать его в жестяной чайник. Оно туда не входило, а то, что уже вошло, не хотело вылезать. Все-таки они выковыряли его оттуда и положили на стул, и Гаррис сел на него, и оно прилипло к Гаррису, и они стали искать масло по всей комнате.
— Ей-богу, я положил его на этот стул,--сказал Джордж, уставившись на пустое сиденье.
— Я и сам видел, как ты его туда положил минуту тому назад,— подтвердил Гаррис.
Тогда они снова начали шарить по всем углам в поисках масла; а потом опять сошлись посреди комнаты и воззрились друг на друга.
— Отродясь не видывал ничего более странного,— сказал Джордж.
— Ну и чудеса! — сказал Гаррис.
Тогда Джордж зашёл Гаррису в тыл и увидел масло.
— Как, оно здесь и было все время?--с негодованием воскликнул он.
— Где? — поинтересовался Гаррис, повернувшись на сто восемьдесят градусов.
— Да стой ты спокойны--взревел Джордж, бросаясь за ним.
И они отскоблили масло и положили его в чайник для заварки.
("Трое в лодке, не считая собаки")
#трое_в_лодке_не_считая_собаки#трое_в_лодке#джером_клапка_джером#
