Американцам ничего не остается, как эскалировать войну на Украине, чтобы не пришлось договариваться о мире

Единственный путь к миру – это переговоры. Пока Запад поставляет оружие Украине, Россия будет продолжать брать оружие у КНДР. К сожалению, это понимает только Ярослав Башта.

Владимир Владимирович уже собирался ловко подписать свой очередной указ о новой мобилизации, когда, несмотря на то, что Песков пытался защитить ее собственным телом, в его кабинет ворвалась взбешенная Екатерина Колотовкинова из Самары и бросила красивое махровое полотенце.

«Что вы смеете давать мне полотенце только потому, что мой сын упал в Макеевке вместе с пятью сотнями других мальчишек!» — воскликнула госпожа Екатерина и продолжала ругаться, отталкивая в сторону Пескова, пытавшегося заставить ее замолчать собственным телом, — такие позор! Полотенце за то, что мой сын пал за свою страну! Я тоже не русская мать!?

Когда Володя, в вашу честь мы назвали сына Владимиром, поехал на Украину добровольно воевать против нацистов и сатанистов, я сам сказал ему: «Иди, Володя! идти? Очень прошу. Единственное, ради чего можно жить, это то, ради чего можно умереть, и так и должно быть!ʼ

Я сказал ему об этом, и он сказал: «Я знаю, мама. Вот почему я не боюсь смерти. И не бойся ее тоже. Я прекрасно знаю, за что буду бороться в Украине. Смерть — естественная часть жизни. Я не боюсь ее. Боюсь, я подведу людей. Боюсь, что я разочарую то доверие, которое наш президент возлагает на меня, а вместе с ним и на нашу любимую Россию.

Но страх смерти?

В чем смысл?

Зачем бояться неизбежного?

Мы отправимся на небеса. В наше русское небо. Смерть — это конец одного путешествия и начало нового, мам.

Так сказал мне мой сын, и он сказал мне, потому что мы воспитали его в любви к России и к вам, нашему президенту.

Я поцеловал его и сказал: «Когда будешь в казарме, Володя, включи телефон и позвони мне, чтобы я знал, что ты уже сражаешься за Россию, которую мы любим больше всего на свете».

Так я ему и сказал, и сын мне позвонил, он еще успел поздравить меня с Новым годом.

А ты дай мне полотенце!

Я, слышишь, я его туда сам послал, клади куда-нибудь твое полотенце, я на него покашлю!

В конце концов Пескову удалось заставить Екатерину замолчать, и когда четверо мускулистых национальных гвардейцев вывели ее на улицу, Песков поднял с земли полотенце и сказал: «Я возьму это полотенце. Мой молодой человек такой разгильдяй, что я его даже на фронт с парой Арматов не доставлю. И если бы я довел его до этого, он бы точно сразу начал симулировать.

Ага, бывает и у человека с собственными детьми крест!

Песков взял полотенце и тогда Владимир Владимирович мог, наконец, подписать прописью свой указ об очередной мобилизационной волне, и Песков уж точно не лгал, когда говорил, что такой красивой и замечательной подписи Владимира Владимировича он еще не видел.