Холодным зимним утром 1983 года, рядом с другими уличными торговцами в нью-йоркской Ист-Виллидж, художник David Hammons продавал снежки разных размеров любопытным прохожим. Он аккуратно разложил ледяные шарики на тканом коврике ровными рядами и провел день, выступая в роли продавца. Недолговечную и необъявленную уличную распродажу он назвал Bliz-aard Ball Sale, включив перформанс в серию работ в которых с конца 1960-х по настоящее время использовались эфемерные действия и материалы, резонирующие с черной культурой. Несмотря на то, что о распродаже снежков часто упоминают, долгое время о ней было известно только по слухам очевидцев и нескольким фотографиям. Интересно, что Хэммонс никогда не тратил время на рекламу ставшего знаменитым выступления. Фотографии художника продающего снежки, сделанные его другом Давудом Беем, долгое время оставались неизвестными, прежде чем сделать Хэммонса всемирно признанным художником.
Детали работы были такими же загадочными, как и сам художник, даже ее точная дата не была зафиксирована. Как и многое в работах Хаммонса, она, похоже, была задумана для того, чтобы проскользнуть у нас между пальцев, ускользнуть от понимания рынка, а также истории и узнаваемости. Об этой работе художественный критик Стивен Стерн написал: “Фотографии, на которых изображен Хэммонс с его аккуратно расставленными рядами снежков для продажи, вероятно, являются наиболее часто воспроизводимыми изображениями в творчестве художника. Это произведение стало культовым, единственной эфемерной работой – работой, которая, по сути, посвящена эфемерности, – которая стала олицетворением всей его практики. Как дошло до нас из документации, это портрет художника как анонимного и пользующегося дурной славой разносчика, уличного жулика-абсурдиста. Представление Хэммонса о художнике включает в себя постоянное заигрывание с понятиями незаконного и мошеннического – вездесущее предположение, что весь бизнес может быть мошенничеством. В конце концов, что может быть большим мошенничеством, чем продажа снежков зимой?”
Куратор Хуана Беррио отмечает, что в перформансе снежки служат средством для общения незнакомцев, где каждый является “никем”. На улице люди невидимы друг для друга до тех пор, пока их не узнает кто-то другой. Но Хэммонс сделал больше, чем просто предоставил контекст для серии случайных взаимодействий; он и Бей создали нам иллюзию, что мы можем представить, понять и сконструировать значение всего того, что не видно на нескольких фотографиях, которые существуют с того дня. В Bliz-aard Ball Sale важную роль в построении произведения играют домыслы и личные анекдоты — всевозможные теории и истории о том, что произошло и не произошло во время выступления в тот день. Фото документация создает своего рода фактическую основу, но большая часть истории остается открытой для интерпретации и коллективного конструирования с течением времени.
Родившийся в 1943 году в Спрингфилде, штат Иллинойс, Хэммонд в 1963 году переехал в Лос-Анджелес изучать искусство. После учебы в Los Angeles City College и Los Angeles Trade and Technical College он начал посещать вечерние занятия в Otis Art Institute у художника-реалиста и активиста Чарльза Уайта. Хотя он закончил свое художественное образование в другом месте, окончив Chouinard Art Institute в 1968 году, Хэммонс сохранил глубокое уважение к творчеству Уайта и пример его подхода к созданию произведений искусства. Несмотря на то, что он не выбрал работу в традиционном реалистическом стиле, Хэммонс перевел социально ориентированный рисованный реализм Уайта в современный реализм найденных предметов и материалов. Начиная с конца 1960-х годов, он начал использовать свое собственное тело в качестве инструмента, смазывая его жиром, запечатлевая на бумаге и посыпая результат пигментом и графитом, чтобы сохранить отпечатки.
После своего переезда в Нью-Йорк в 1974 году Хаммонс начал создавать скульптуры из символически нагруженных обломков городской афроамериканской жизни, работая со всем - от волос, собранных с пола парикмахерской до куриных костей и пустых бутылок из-под алкоголя. Не желая участвовать в выставках своих собственных работ, Хаммонс активно защищал свой статус культурного аутсайдера, одновременно продолжая создавать работы, которые укрепляют его репутацию, как одного из самых актуальных и влиятельных ныне живущих художников.