Все, конечно, знают что каждый год в июле Шлиссельбург оживлялся огромным стечением богомольцев, прибывавших сюда к празднику Казанской Божией Матери для поклонения местной иконе, но мало кто знает, что был и другой праздник, по традиции с огромной торжественностью отмечаемый в Шлиссельбурге еще со времен Петра Великого, приходился на 11 октября. Это был День взятия русскими войсками шведской крепости Нотебург, так при шведах называлась крепость «Орешек». Во всех петербургских церквах долгое время он отмечался как «викториальный день», а в самом Шлиссельбурге праздновали дату как день рождения «города-ключа» в истоке Невы.
На протяжении почти двух веков в Шлиссельбурге свято сохранились два обычая, соблюдаемые в памятный день 11 октября: на братской могиле похороненных в крепости солдат и офицеров Семеновского и Преображенского полков, павших при штурме Нотебурга, служили панихиду, а в полдень с колокольни Иоанновского собора в крепости раздавался колокольный звон.
Вспоминали не только блестящую военную победу, открывшую русским войскам выход на невские берега, но и, прежде всего, погибших в том страшном сражении. Ведь штурм крепости продолжался 13 часов и сопровождался очень большими потерями с обеих сторон.
Из Петербурга в Шлиссельбург на пароходе «Ижора» на юбилейные торжества отправились представители от лейб-гвардии Преображенского и Семеновского полков, а также лейб-гвардии 1-й Артиллерийской бригады как принимавших когда-то непосредственное участие в штурме крепости.
Спустя несколько часов для участия в шлиссельбургских торжествах из Петербурга вышли пароход «Онега» с высшими чинами, в числе которых был главнокомандующий войсками гвардии и столичного военного округа великий князь Владимир Александрович. Следом отправился еще один пароход – «Озерный», на нем следовал представитель Министерства путей сообщения в лице начальника петербургского округа этого министерства. Одним словом, «депутация» высшего начальства получилась весьма солидная и представительная.
Ожидая визита столь высоких гостей, в Шлиссельбургской крепости, на протяжении уже почти двух веков имевшей недобрую славу страшной государственной тюрьмы, готовились к торжествам. Заботами коменданта крепости полковника Яковлева привели в порядок находящуюся на ее территории могилу павших русских воинов – священное место крепости, а одному из узников тюрьмы (П.А. Антонову) поручили вырезать на медной доске имена всех павших и похороненных здесь.
Поручение работы именно Антонову поступило не случайно: один из старейших народовольцев был по профессии кузнецом. Он согласился. Долгое время медная доска находилась в Иоанновском соборе (руины его и по сей день можно увидеть в центре крепости – как часть военного мемориала), а в настоящее время уникальная реликвия хранится в фондах Государственного музея истории Санкт-Петербурга.
…По прибытии «Онеги» в Шлиссельбург городской голова, представители городского управления и местного пожарного общества поднесли высоким гостям хлеб-соль. Великий князь Владимир Александрович осмотрел город, хотя и находящийся совсем недалеко от столицы, но вовсе не избалованный вниманием «высочайших особ», а на следующий день посетил чайную общества трезвости и вольную пожарную дружину.
Основные торжественные мероприятия развернулись 10 и 11 октября 1902 года. Сперва на Преображенском кладбище у церкви в присутствии великого князя в сопровождении хора певчих из местных любителей отслужили запоукойную литургию и панихиду по Петру I и всем воинам, «на брани за веру, царя и отечество живот свой положившим». Днем на паровом катере Министерства путей сообщения «Нептун» великий князь отправился в крепость, где состоялась панихида на братской могиле, во время которой «депутации» от полков возложили на могилу два серебряных венка и икону Христа Спасителя. А с шести часов вечера в городском соборе началась всенощная, ее отслужил приехавший нарвский епископ Иннокентий.
11 октября в половине девятого утра звон колоколов оповестил о торжественном дне празднования двухсотлетия Шлиссельбурга. В девять часов в Благовещенском соборе началась литургия и благодарственное молебствие, отслуженные епископом Иннокентием вместе с городским духовенством. В здании шлиссельбургской городской управы представители города принимали полковые «депутации», те поднесли городу серебряный кубок, украшенный гербом Шлиссельбурга и золотыми инициалами Петра I и Николая II, а также различные военные эмблемы.
В полдень великий князь, как сообщали газеты, «изволил принять от города завтрак». «Великий князь приказал наполнить поднесенный кубок и изволил удостоить горожан поднятием кубка за процветание Шлиссельбурга. Восторгу присутствовавших не было конца. По окончании завтрака великий князь отбыл из города на пароходе "Онега" в сопровождении парохода "Озерный" при громком "ура" собравшегося на берегу народа».
Но с отъездом высочайшего гостя торжества не закончились. С трех часов дня развернулось народное гулянье.
Музыка гремела до восьми часов вечера, завершилось гулянье блистательным фейерверком. А заключительным аккордом праздничного дня стал начавшийся в одиннадцать часов вечера бал в помещении местной городской управы, его посетили все прибывшие из столицы «депутации». Закончился он глубоко за полночь…
Из книги "Петербургские окрестности. Быт и нравы начала ХХ века"