Не удалась жизнь у Лешки Поповича. На любимой не женился. Хотя любовь была сильная, обоюдная. Да матушка Лешкина, Прасковья Никитична, запретила ему на ведьминой дочке жениться.
- Не сметь! Слышишь? Не сметь и думать привести мне в дом это ведьмовское отродье. Приведешь - прокляну. - Насупив густые брови отчитывала парня мать.
Она никогда не кричала. Да ей и не надо было. Лешка понимал её по взгляду. Она только посмотрит грозно, и у Лешки пропадала вся охота шкодить. В ежовых рукавицах держала парня. Не дала на любимой жениться. А послала сватов к Заикиной Настасьи. Лешку даже не спросила.
- Мама, вы хоть бы меня спросили, хочу ли я на Настьке жениться?
- Хочешь! - Тут же рубанула мать.
- Попробуй только мать ослушаться - прокляну! Понял?
Женился Лешка на Настьке. А она ни рыба, ни мясо. Прасковья Никитична под себя выбирала невестку. Что бы свекровь ни сказала, Настасья со всем соглашалась. Никогда не перечила.
А Лешка до одури любил Алёнку Супрунову.
Красивая Аленка как сказка была. Чёрные как смоль волосы и голубые как небо глаза. Обоюдная была любовь у Алёшки с Аленкой. Не могли друг без друга.
Мать у Аленки, Супруниха Устинья, была местная знахарка. Кто как называл. Кто - ведунья, кто - ведьма, кто - знахарка. А Лешка с уважением - Устинья Юлиановна.
Видела Устинья между молодыми Красную нить, свела судьба две половинки, знать, отыскали друг друга. Поэтому и не препятствовала. Да, ей не нравилось, что Лешка сын Прасковки, да тут уж ничего не поделаешь.Родителей не выбирают. Каких Господь Бог дал, таких и любить нужно.
Когда оженили Лешку, Аленка хотела на себя руки наложить. Так голосила девка, жить не хотела. А Устинья молча сидела возле дочери, гладила по непокорным прядям и вспоминала свою молодость.
Устинья была первая красавица в станице. От хлопцев отбоя не было. Идёт, бывало, Устя по станице, лебедушкой плывёт. Все ей в след оборачивались. А она ни на кого. Женщины сидят на лавочке, да и те залюбуются.
- От ведь красивая девка! Да бабка у ней ведьма. Вот точно сделает из девки ведьму. Как есть, сделает. - Сокрушались бабы.
А бабка и вправду Устиньи ведьма была. Сильная ведьма. Да глаз страшный, чёрный. Спуску в станице никому не давала. Правду матку в глаза всём бабам резала. А те боялись её проклятья и молча глотали обиду.
На ту пору приехал председательский сынок с учёбы, Кирилл.
Идёт Устинья по станице, нос задрала никого не видит. А на встречу ей Кирилл. Одного взгляда девке хватило. Зыркнула на парня и дальше поплыла, а он как обухом по голове получил. Так любовь с первого взгляда саданула. И всё. Заболел Кирюша Устиньей. Проходу не давал девке. Да и ей парень приглянулся. Как-то позвал Кирил погулять вечером по станице Устинью. А она у бабки спрашивает:
- Бабушка, идти мне погулять с Кириллом. Как скажешь - так и сделаю.
- Иди, девка, иди, от судьбы всё одно не уйдёшь. А он - твоя судьба. Правда, не долгая, - прошептала себе под нос бабка. Но внучке больше ничего не сказала.
Отгремела весёлая свадьба. Поженились Кирилл с Устиньей. Председатель подарил им дом у самой речки. Дом сложили быстро. Молодые сами место выбирали. Там, где случилось у них любовь, там и дом поставили. И зажили счастливо, но не долго. Как бабка и предсказала, недолгое счастье у Устиньи было.
В городе Белореченске стояла, да наверное и до сих пор стоит, тюрьма. Так вот из этой тюрьмы сбежали зеки. И побежали в лес. В лесу их тяжело найти. Дошли до станицы. И вышли к крайнему дому, что у речки стоял.
Устинья уже на последних днях ходила. Не сегодня, завтра рожать ей было. Она пошла к бабке своей, договориться. Бабка роды принимать будет.
Зеки вышли как раз к дому у реки. Потихоньку открыли калитку. Шарик кинулся на них лаять, да бандит ему горло перерезал. Собачка и захлебнулась. Бандюга вытер нож о штаны и дальше потихоньку пробираются по двору, озираются. А Кирилл в коровнике был, убирался там. Когда он услышал за спиной шум, поздно уже было. Кирилл повернулся и тут же в горло воткнулся нож. Он даже не понял, кто его так. Последняя мысль билась:
-Как моя Устенка без меня будет?
А бандиты набрали провизии и так же тихо ушли со двора. Только оставили после себя смерть.
Устинья вздрогнула. Не хотелось ей вспоминать и ещё раз переживать страшные минуты. Молча гладила Алёнку по голове.
- Доча, ты выбрось дурь из головы. Надо жить продолжать. Жизнь, детка, на этом не заканчивается.
А сама вдруг вспомнила, когда похоронила Кирилла, тоже жить не хотела. Да ребёнок под сердцем умереть и не дал. Как только отца засыпали землёй, на свет появилась маленькая жизнь. Вот она и вытянула, считай с того света, Устинью..
Мать помнила, как на сердце зашпоры заходились от горя. Но выдюжила. Пережила. Да и до сих пор соднит в груди, когда мужа вспоминает.
Аленка оцепенела от горя. Перестала плакать. А молча лежала и смотрела в одну точку.
Время. Только время вылечит больную душу...
Думала Устинья.
Шло время. Аленка потихоньку стала вставать. Похудела. Глазки потухли.
- Ничего, жизнь своё возьмёт. - Думала мать глядя на дочь. - Оправится девка.
Однажды Аленка попросила мать:
- Мама, изведи Алешку. Буду знать, что помер. А так смотреть, как он с другой милуется. Сил нет.
А Алёшке было ещё горше. Со дня свадьбы он так и не притронулся к Настьке. Но та молчала, свекровке ничего не говорила.
- Девка, а ты часом не беременная? - Спрашивала Прасковья Никитична.
- Нет, матушка, - тихо отвечала Настя.
- А почему? Чего с этим делом тянешь? Другие он уже по двое имеют, а ты и одного не привела. Квелая ты что ли? - Спрашивала свекровь.
А Настя краснела, да стояла потупив глаза. А что она могла ответить? Что Лешка к ней не прикасается?
Часто ночами голосила Настя в подушку. Кусала зубами несчастную ткань. А на утро вставала и опять становилась ни рыбой, ни мясом.
Но и если суждено двум половинкам быть и вместе, они и будут. Стали Алёшка и Аленка в тайне встречаться. Да только, сколько верёвочке не вейся, а кто-то всё равно увидел, как миловались влюблённые. Дошли слухи и до Прасковьи Никитичны.
- Лешка, поганец, а ну-ка иди сюда. Мать разговаривать с тобой будет. Ты, поганец такой, опять спутался с этим ведьминым отродьем? Я тебе что говорила? Пойдёшь против воли матери - прокляну.
Значит так, не бросишь эту проклятую, хуже будет. Понял? И заруби себе на носу, не бросишь, сожгу это ведьмино логово к чертовой матери! - Прошипела мать и вышла из комнаты грохнув дверью.
Но Прасковья решила это дело так не оставлять. А вот в другой станице жила своя ведьма. Устинью на дух не переносила. Вот к этой ведьме и отправилась Прасковья.
Продолжение следует.....
Спасибо что прочитали историю до конца
Кому понравилась история Пишите комментарии Ставьте лайки Подписывайтесь на канал