С древних времен отношения литераторов и правителей зачастую носили неровный характер. То реки сладкой лести с одной стороны и потоки золота в ответ, то - ядовитая желчь и гонения. Но этими страстями вряд ли можно удивить, жизнь всегда кипела эмоциями. Настоящим злом, на которое следует обращать внимание, является подмена, когда, прикрываясь эмоциями, прохиндеи входят в историю как великие или как минимум выдающиеся творцы. Это им удается, когда правители слишком падки до лести, так что остальное в творчестве им неинтересно, либо, наоборот, используя образ гениального страдальца. Заняв в результате авторитетное положение, они протаскивают свою бездарность в качестве образца искусства, снижая общий уровень его качества и внося сумятицу во многие неокрепшие умы читателей.
Сегодня литература является менее авторитетной и влиятельной сферой общественной жизни, чем прежде, но подобные псевдотворческие персонажи находят себе применение в других областях публичной деятельности. Хотя литературу тоже не оставляют.
А все ли знают, что в былые времена, когда имя Данте еще не покрылось фальшивым бронзовым налетом памятника - лжеидола литературы, немало здравомыслящих сограждан рассказывали нелицеприятную для него правду о ценности его опусов и истинных причинах, побудивших его заняться бумагомаранием?
Примечательно, что «Божественной» опус Данте назвал его последователь Бокаччо, автор многочисленных порно-, ну или, ладно, эротических произведений. Кажется, он был гораздо талантливей Данте, поскольку в его текстах хотя бы есть авторское творчество и интригующий сюжет, а не компиляция. Но как так получилось, что создатель пусть и веселой и оригинальной похабщины дает название бездарному опусу – «Божественная»? Где здесь и какие боги стояли? Так называемые исследователи творчества утверждают, что авторы хотели объединить весь духовный потенциал и накопленную к тому времени культуру, в чем, собственно, и заключался их «гений». Но ведь веселыми рассказиками или запутанной бредятинкой этого не сделать. Вряд ли возможно это сделать в принципе из-за наличия радикальных противоречий в религиях, поэтому в результате получилось двойное богохульство. То есть, для каждой из религий их совмещение – ересь!
Но, прежде, чем перейти к разбору истинного смысла, предназначения опуса, то есть, собственно, зачем автор вообще написал его, рассмотрим насколько справедливы многочисленные восторженные оценки «Комедии» как великого произведения. Если исключить бессмысленные повторы типа «великий, потому что Данте», прямо следующие правилу Геббельса «ложь повторенная сорок раз становится правдой», из оставшихся оценок, с попытками подвести под них логическое обоснование, можно сформировать две основные тематические группы. Это когда оценивают опус, как литературное произведение, и как религиозное, философски-мистическое или теософское. В обоих случаях заплесневелый, но веками расхваленный опус терпит фиаско.
Рассматривая литературную ценность начнем с самых поверхностных показателей – какой вклад для привлечения к искусству литературы максимально широкого круга читателей сделал автор? Имеется в виду самая простая, ударная красота слога, чтение которой вызывает психологическое возбуждение, удовольствие и поэтому запоминается и переходит в повседневное пользование. Это – так называемые «крылатые фразы». Авторы таких фраз, например, Шекспир, со своими «быть или не быть», «где мало слов, там вес они имеют» и так далее и так далее. Но более того, пользуясь удивительными возможностями гораздо более изощренного русского языка, такие мастера слов, как Пушкин подарили нам: «что день грядущий нам готовит?» «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей» и много в этом роде и так далее, Лермонтов: «в душе моей как в океане надежд разбитых груз лежит». «не вынесла душа поэта позора мелочных обид», Гоголь «нет уз святее товарищества», «я тебя породил – я тебя и убью», Лесков: «Любовь не может быть без уважения» и другие оставили целый набор прекрасных, ставших народными и общеупотребительными фразами, то есть обогатили как русский язык, так и в принципе, мировую литературу. Благодаря своему литературному гению эти авторы смогли зашифровать словами некую очень важную для всех людей и каждого человека в частности, идею в концентрированном и прекрасном виде. Что же сделал в этом направлении Данте? Об этом ничего неизвестно… Многие приписывают ему авторство вошедшей в обиход фразы «семь кругов Ада», но её происхождение относится к более ранней христианской мифологии, тем более, что у автора этих кругов было почему-то девять.
Возможно, Данте модернизировал итальянский язык, как это было в случаем с Александром Сергеевичем Пушкиным, который придал русскому языку гибкость и легкость в своих поэмах?
Но нет. Мы ничего не знаем про это. Не зная итальянский язык, трудно судить на эту тему, но, понятно, что если бы Данте сделал прорыв в итальянской филологии, то об этом бы было слышно из каждого утюга.
А что мы знаем?
Единственное, что достойно – посвящение любовнице Беатриче, но это не может быть достижением мировой литературы.
Не цитируются и не вошли в культурный обиход образы героев «Комедии», в отличие от, например, Ромео и Джульетты или Мефистофеля, имена которых стали нарицательными. Причина очевидно в том, что автору не хватило таланта создать подобный образ. И это касается не только образов героев, но и образа мира в целом. Не способный создать нечто новое, своё, он понадергал из любых попавших под руку мифологий, истоки которых не только не пересекаются, но и находятся в жестком идеологическом противоречии. В результате, самая лучшая характеристика его мира – эклектика. Но, по правде здесь уместно вспомнить советский анекдот, когда в магазин приходит покупатель и просит взвесить ему говядины первого сорта.
- у нас нет говядины первого сорта, - отвечает продавец.
- тогда хотя бы свинины второго сорта…
- у нас нет свинины второго сорта
- а что у вас есть?
- есть собачатина седьмого сорта
- это как – седьмого?
- рубленная вместе с будкой
«Уникальность» мифологии Данте как раз и состоит в такой вот «нарубке». К выдающейся стороне «Комедии» относят активное использование автором аллегорий, когда образы можно толковать и так и этак. Если быть точным, данный опус -сплошная аллегория. Но на самом деле это просто очень удобный прием для тех, кто любит похалтурить из литераторов. Ведь не надо прорабатывать образы, можно писать что попало, что в голову придет и выдать это за какие-то загадочные откровения, до которых незадачливый читатель либо недотягивает, либо, если считает, что дотягивает должен сам изобрести трактовку.
Приглашаю подписываться на ФЕБ., ставить лайки, делать комментарии. Заранее благодарен.
Приглашаю вас подписаться на сообщество ГИЛЬДИЯ БУДУЩЕГО https://vk.com/club226795074 - про радикальное омоложение, сознание, ЗОЖ и запрет абортов.