Слово года настигло меня прямо в самом конце оного. Числа двадцать седьмого. Нет, наверное, пораньше: дети ещё в своих учебных заведениях были. Это точно, потому что я при знакомстве с этим словом не смогла сдержать души порывы, и они вылетели художественным свистом с элементами матерной брани. В общем, в двадцатых числах декабря я узнала о существовании "кротовухи". Если вы вдруг ещё не знаете, что это, то советую считать, что это бабушка крота и не читать дальше. Ибо на самом деле... Это спиртовая настойка на кроте. Чтоб не было кривотолков: на животном, а не средстве для прочистки труб. Животное, правда, не совсем живо, а скорее вообще мертво. И меня это знание порвало так, что Тузику с грелкой и не снилось. А я — тертый калач, лично знакомый с людьми, пившими бензин, йод и брагу на, простите, навозе. Но даже мое воображение не позволяет понять, что было в голове у человека, который изловил крота, заспиртовал и потом вот это все решил вливать в себя. Допустим, проснулся он поут