Русское гостеприимство – не просто красивое словосочетание, и это даже не материальная щедрость, это величие человеческой души. Именно про величие души повествование, присланное мне читательницей.
Как я поняла, рассказ о гостеприимстве жителей Восточной Сибири записан со слов дедушки. Что-то вроде семейной хроники. Публикую его без изменений, сохраняя стиль автора.
В Сибири до революции было принято на ночь выставлять на скамейку у калитки крынку молока и краюху хлеба. Идет ли просто припозднившийся путник, а может быть беглец с каторги – питание для поддержания сил обеспечено.
Царская полиция на этот обычай смотрела косо, а одно время даже запретить пытались выставлять «сиротскую» долю еды на лавку перед домом – народ игнорировал запрет. Уличное гостеприимство продолжало обеспечивать питанием ночных путников.
Наша семья состояла из дедушки, бабушки, матери, отца и двоих детей. В 20-е годы занимали мы комнату в железнодорожном бараке. И сейчас еще можно такие бревенчатые одноэтажные бараки по всей России вдоль железнодорожного полотна встретить.
Местожительство наше состояло из маленькой кухоньки с печкой и большой комнаты с высоким потолком. Казалось бы, по теперешним временам, — самим тесно. Но каждое воскресение, в базарный день, у нас бывали гости. Дед, Владимир Кириллович, непременно ходил на базар по воскресеньям и возвращался в сопровождении гостей.
Иногда это были знакомые даурские казаки или буряты, приехавшие на базар, а иногда мы этих людей первый и, возможно, последний раз видели. Дед объявлял, что вот эти его друзья у нас переночуют. Гости бывали накормлены тем, что в доме было, садились на кухне и вели разговоры на жизненные темы. Спать укладывались на полатях – вот где пригождались высокие потолки.
А еще была в Чите такая пожилая женщина Сашенька. Кто она была, откуда – неизвестно. Сашенька и Сашенька – все ее так и звали. У нее никого не было, и дома у нее тоже не было. Сейчас бы сказали – бомжиха (((
Вот сидим за обедом, бабушка посмотрит в окно и говорит: «Ну вот, Сашенька идет!» Сашенька заходит, здоровается, кланяется и говорит: «Ну, я у вас поживу?» — «Да живы на здоровье!» — отвечает бабушка.
И Сашенька тихо гостит у нас некоторое время: неделю, две, больше – как на душу положится. Вот поживет, по прошествии времени собирает свой немудрящий узелок с вещами и говорит: «Ну спасибо вам, пойду что ли к Зинаиде поживу?» – «Да что ты, – отвечает бабушка, – живи еще, не мешаешь!» А та уже собралась и пошла к Зинаиде или еще к кому. Так и жила у всех по очереди.
А и действительно, нисколько гости не мешали, русское гостеприимство было частью жизни.
Вот удивительно, люди жили небогато, но готовы были поделиться последним куском хлеба. А мы, наше поколение, готовы делиться последним?
А вот еще рассказ о русском великодушии: