Встала ранЕнько, пошаталась тишЕнько, ручками пошуровала быстрЕнько. Себе на посмотрЕние, Вам на развлечение. Чем бы не занималась, лишь бы не тосковала, да не плакала. О доле горькой, да безлошадной. 😪😪😪😪😪 Куда стопочки направим, куда рученьки протянем? К оконцу в светёлке, где притаилась крышка для сладостей, пластиковая, от торта вкусного оставшаяся. Что же в крышке-то той, да во пластиковой? А стоят там череночечки, да от розочки, да не от одной, а от нескольких. А ещё там стоят веточки, да от чёрной бузины, от МАДОННУШКИ. Ой, посмотрим, поглядим, полюбуемся, каково житьё-бытьё, да у деточек, у череночечков. Поглядев, да посмотрев, не запечалимся, не пригорюнимся, потому как это зрелище ожидаемо. Что же видимо нам, что же явлено? А померли все девки розовы, не судьбинушка кенийкам жить-поживать на Рассее-матушке, на Севере хладном. Не хотят африканочки доли дачной познать, не пускают корешки белые, да чернеют телами слабыми, что напичканы ядом консервирующим. А вот девушки-