Летом мы отдыхали в Питере, и как-то поехали с мужем в монастырь Иоанна Кронштадтского на Карповку. За детьми попросили присмотреть друзей.
Было часов шесть вечера. На улице знойно и душно.
Поднялись в верхний храм. Шла вечерняя служба. А народу почти никого. Служили священник и монахиня. И мне показалось, что в храме холодно и одиноко без людей. За колонной стояла женщина с ребёнком-инвалидом. На вид мальчику было лет 10. Он то ходил, то вставал на колени, то что-то мычал. И в пустом храме его было слишком слышно. Мать переживала из-за этого и раздражалась. Дергала мальчика, пыталась заставить говорить тише. Я не знаю, кого больше жалко – ее или ребенка. Женщина вся измотанная, худая, одета плохо. Видимо ей не с кем оставить мальчика, а сил уже настолько нет, что тянет к Богу. Справа была большая икона Иоанна Кронштадтского. И я ему мысленно сказала: «Батюшка, это что это у тебя в обители творится? Разве ты не видишь, как мучается эта женщина с ребенком? Почему ты не поможешь ей?» А потом произошло чудо. Женщина вдруг подняла мальчика, начала целовать его, гладить и плакать. И мальчик затих.
Бог ведет с людьми сложную хитросплетенную работу и иногда, чтобы помочь, нужно задействовать всех. Чтобы кто-то остановился, кто-то посочувствовал, а кто-то помолился.
Прошло около 15 минут службы. Муж нервничал, что мы так долго стоим на одном месте. Ведь можно пойти погулять.
Спустились вниз, хотели пройти к мощам. Но оказывается вход к ним во время служб закрыт. Он был огорожен ниточкой, на которой висела табличка. И эта ниточка не пускала меня к великому святому. Было очень обидно.
Я подумала, что я нагрешила, и отец Иоанн меня не пускает к себе. Мы ведь ехали в Питер на поезде. А поездка — это всегда напряжно и можно много накосячить.
Муж видел, что я расстроилась и предложил мне еще раз съездить в монастырь.
На следующий день я собралась ехать одна. Но Ксюша (средняя дочка) буквально вцепилась в меня – «мамочка, можно я тоже поеду». А старшая сказала, что если Ксюша едет, то она тоже.
Когда мы приехали на Карповку, мои дети сначала глазели на чаек и на голубей, которые подлетали, думая, что у нас что-то есть поесть. На кораблик. Потом увидели, как двое мужчин ныряют в речку и плавают. Странно. Вода ведь грязная.
Короче мы еле дошли до монастыря.
Когда прикасаешься к мощам, чувствуешь, что обнимаешь родного отца. Невозможно встать с колен и отойти. Батюшка Иоанн – великий подвижник и молитвенник. Он жил в Кронштадте. В царские времена это был город, где селились нищие, опустившиеся люди, пьяницы, блудницы. Моряки отдыхали здесь после долгого плавания. Пили, развлекались. И вот Иоанн Кронштадтский ходил по ночлежкам и кабакам, искал там всяких забулдыг, подсаживался к ним, разговаривал, убеждал бросить пить. Устраивал на работу, давал деньги. Бывало, что он уходил из дома одетым, а приходил без верхней одежды, а бывало и без обуви. Все раздавал. Его молитва буквально – физически и морально воскрешала людей.
«Мамочка, как мне здесь хорошо! – сказала мне старшая дочь, - уходить не хочется».
Но надо ехать. Дома ждут. Когда собрались идти, я мысленно сказала святому Иоанну: «Отец Иоанн, я знаю, почему ты не пустил меня к себе в первый раз. Ты хотел, чтобы и дети побывали здесь. Теперь я поняла. Спасибо!»