Обещанное злачное место превзошло все её ожидания. Спёртый воздух был удобрен парами чего-то до жути противного, а длинный столь вдоль задней стены наполовину перекрывал огромную витрину с яркими, разноцветными бутылками.
Посетителей было не так много — какой-то коротышка в углу угрюмо стрельнул глазами на вновь прибывших и вернулся к созерцанию столика, занятого капралом, а толстяк за стойкой лениво поднял заплывшие глазки и продолжил усердно драить стаканы.
Женька стиснула пальцы Тараса, и тот с готовностью пожал руку в ответ, показывая, чтобы она не трусила. Но она трусила! Казалось, зомбецы видят её обман насквозь, но толстяк лишь вопросительно уставился на подошедшего к стойке Тараса.
— Два пива и фри, — попросил зомбец и подбадривающе улыбнулся ей.
Толстяк налил им прямо из крана в гигантские стаканы, стравливая пену, и крикнул что-то в дыру в стене, откуда несло чадом и чем-то приторным. У Женьки защипало в глазах от вони, но Тарас аккуратно провёл её к столику, прихватив пиво с собой, и усадил на липкий диван, спиной к Князю и Сухарю.
Женька с тоской принюхалась к напитку и вдруг сообразила, что нет обещанной соломинки. Пахло не так уж и плохо, но отсутствие соломинки выбило её из колеи.
— Что? — прошептал Тарас, пододвигаясь ближе.
Любовные песни орков (начало, назад)
— Соломинку забыли дать! — прошипела Женька, заметив, что толстяк как-то нехорошо уставился на неё.
— Сделай глоток и забудь про дурацкую соломинку! — Тарас приобнял Женьку за плечи, и толстяк равнодушно отвернулся.
Напиток был холодный, и Женька непроизвольно задрожала, а Тарас взял её пальцы и принялся растирать. Откуда-то изнутри выплыла бесформенная тётка в сером фартуке и плюхнула один поднос на соседний стол, а другой — им.
На подносе в картонных коробках лежало нечто до ужаса пережаренное, но Тарас подбодрил её:
— Это картошка, не бойся.
На картошку совсем не было похоже, но Женька послушно взяла одну масляную палочку и сунула в рот. На вкус было отвратительно, но она заставила себя проглотить и широко улыбнулась парню.
— Ну как? Круто? — Тарас явно надеялся на положительный ответ, но Женька покачала головой.
— Как вы это едите? Какой-то ужас.
— Да ладно! Надо просто привыкнуть!
— А ещё что-нибудь есть? — перспектива питаться этим днями или даже неделями напугала Женьку.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Найдём, но не здесь, — жарко прошептал Тарас и снова стиснул её пальцы, но на этот раз она отняла руку и снова отпила глоток из стакана.
— Извини, — быстро затараторил Тарас, — я всё понимаю, но для маскировки тебе надо хотя бы чуть-чуть мне подыграть, иначе наше появление запомнят, а ты странно себя ведёшь. Ну, для местных.
Она понимающе закивала и робко заулыбалась, а потом — сантиметр за сантиметром — притулилась к его боку и почувствовала, как напряглись мускулы на его руке, теперь тесно прижатой к её оголённой шее.
— Молодец, — Тарас схватил свой стакан и отпил сразу много пива, глубоко вздохнул и ещё крепче прижал к себе девушку, — уже лучше. Даже чуть больше, чем необходимо, но лично я не против.
Женька захлопала ресницами и отодвинулась, а он вдруг наклонился и чмокнул её в щёку, обдав крепким пивным духом, и убрал руку с плеча. Запутавшаяся девушка осталась сидеть с неестественно прямым позвоночником, не зная, как поступить.
— Откинься назад на диван, как будто тебе хорошо, — посоветовал Тарас.
Она так и сделала, а заодно прислушалась к разговорам за соседним столиком. Там было довольно молчаливо, потом звякнули стаканы, и капрал нарочито громко заявил:
— За нашу офигенную поездку!
— За поездку! — повторили остальные, включая Варвару.
Коротышка встал и расправил штанины, враскачку удалившись к комнатке с нарисованным на дверях мальчиком.
— Кстати, если тебе понадобиться… ну… как бы… короче, в туалет, ищи дверку с нарисованной леди, ясно?
— Разберусь, — Женька уже заметила как раз такую в противоположном углу, — ничего сложного. Есть, пить, молчать, улыбаться, ходить в туалет. Я справлюсь.
Сквозь пыльные стёкла просматривалась почти вся парковка, но только что подъехавшая машина с ужасно длинным кузовом, затянутым тканью, загородила большую её часть. Входные двери с шумом разъехались и в заведение ввалился водитель-громила— не меньше Сухаря в плечах, но более плотный и с животом. Он окинул собственническим взглядом всех посетителей и остановился на Женьке, не особо задержавшись на поджарой фигуре Тараса.
— Всем привет, — громила прошёл прямиком к их столику, уселся напротив девушки и зычно рыгнул,— а я к вам!
— У нас занято, — спокойно заявил Тарас, — поищи себе другой столик, приятель.
— А если мне нравится этот? — громила обшарил Женьку глазами, остановившись на пышной груди.