Друзья, как вы знаете, трезвость до добра не доводит, и поэтому автор вчера сдуру, с трезвача, с понталыку, с кондачка, да и просто от невнимательности загрузила туда куда нетуда. Ниже даю скрины:
И там ещё сердечко было как символ того, что автор не бессердечен.
***
... Ты чего хотел-то? - спросила Карла Андрэ.
Того же, что хочет почти любой мужчина в самом расцвете сил и лет, приятной наружности и холостой - рецепт знаменитых Карловых бутербродов из фольги.
Получив желаемое, Карла (да-да, именно она, ведь все, наконец-то, ушли) осталась в психологическом кабинете одна. Присела на пуфик-ромашку, достала из кармашка какую-то странную карточку с изображением глобуса, долго смотрела на неё и наконец сказала себе: так и поступлю!
С этими словами она встала с пуфика, обошла домик, выковыривая запасы бутербродов из секретных мест (никогда не знаешь где застанет голод), погасила свет, зашторила окна (кто ещё не сдал на шторы - самое время), заперла дверь и стала дожидаться такси, подъедая бутеры.
- Хотите? Но только один, - это уже сидя в такси, предложила она водителю. - Ну как хотите. Мне больше достанется. - И добавила: не гоните вы так, не видите, что ли, я ем!
Такси везло Карлу в трампорт - это порт, откуда плавают речные трамвайчики. Она давно мечтала на них поплыть, но этот бесконечный поток желающих принести ей тыщу... увы, не иссякал. Всё изменилось после консультации мАсквички Сандры. Во-первых, она никак не могла втолковать той, что тысяча - это рублей, а во-вторых, следующий сеанс Сандра требовала провести в Маскве, и для этого оставила Карле проездную карточку для всех видов транспорта, включая речные трамвайчики. Таких карт в Кинзапупинске отродясь не выдавали, называлась она "Спешиал-Глобал-Везде-кард" и даже могла применяться в такси, но только в московском.
Итак, Карла уезжала в отпуск. В отпуск работать.
***
Андрюха шёл по городу, он хотел найти Кузьмича и поделиться с тем своими бутербродами с бататом, томатом и авокадом. Но встретил Лунтика, которая осваивала скат с горки на санки, но санки не ехали. Да и горок не было. Зная Лунтиковый аппетит, бутерброды ей предлагать не стал, но пригласил её в некафе у НеАни, где буквально вчера утвердили новое меню. Фишкой меню стали блюда высокой молекулярной кухни: луковый суп в тюбике, смузи из вареной цветной капусты с пармезаном, тёртый оливье, кубики льда со вкусом рассольника и фирменные блинчики из муки подорожника.
Лунтик не возражала. Катание на санках не зашло, а тусануть с жителями города она всегда была рада.
- Лунтик, а ты случайно не видела Кузьмича, или как его там, Аполлона?
- Полика? Так он уехал, в Маскву же. Вроде как он там квартиру сдаёт, обещал к вечеру вернуться и даже привезти мне заморских явств: шаурму и киви - я очень радая. Вообще классно, что меня к вам занесло, вы все мне очень нравитесь, вот вчера, например, я была на литературном вечере в поместье Козявкина, он сам стихи пишет, прикинь! Я мало, что запомнила, что-то про челядь и овёс... как-то так: "я в амбар с утра принёс, то ли ячмень, то ли овёс; разгоню я всю челЯдь, нет в амбаре света, ..."
Сегодня опять пойду на поэтический квартирник, ты со мной? Только нужно какой-нибудь стишок сочинить, для лучшей интеграции в коллектив.
***
Андрюха опять шёл по городу и выдумывал стихи, в голову ничего не лезло кроме бутербродов.
- И зачем я вообще согласился?
***
Спустя несколько часов библиотека мсье Козявкина содрогнётся от оваций после прочтения Андрэ своего первого стихотворения:
Желаньем влиться в сей квартирник
Я оглушён был, я страдал!
Лишь боль мою унял пустырник
И творческий потенциал.
Томимый музой, измочален ямбом,
Инверсией почти повержен был…
Влекомый жаждой к дифирамбам,
Сей стих сегодня сотворил.
