В какой-то части российского общества и сейчас живет замшелый миф об американцах, представляющих себе Россию ледяной пустыней, по которой гуляют медведи, и ликует всякая пьянь с балалайками.
Я много где бывал в США, в юности там даже жил, пусть и не очень долго. С таким представлением о России мне не пришлось столкнуться нигде- ни в «прогрессивных» штатах, ни в «библейском поясе». Скорее всего, таких картин там никто себе никогда и не рисовал.
Зато прослойка российского населения, которая смотрит на страны Центральной Азии через похожую оптику, неприлично велика. Причем относится это не только к лояльным потребителям пропаганды, или тем, кто никуда не выезжает, и ничем особо не интересуется.
Мой старый приятель, человек начитанный, небедный, и вроде неглупый, уверенно проповедовал мне какой-то болезненный бред. Дескать, Ташкент- это такой темный аул, где совокупление с ослом- обычная народная забава. О ней, забаве этой, якобы поведали гастарбайтеры-узбеки, перекрывавшие ему крышу. Подразумевалось, что это- личный опыт тех ребят, которым они с ним отчего-то решили поделиться. Вещал он мне все это, когда я уже вторую неделю жил в Ташкенте, и точно знал, что ни аулов, ни ослов тут не сыскать.
Но даже если не наряжаться в подобную дичь, то в отношении россиян к этим краям превалируют снисходительность и высокомерие. Принято представлять их чем-то вроде тех мест, откуда родом Борат из одноименного кино. Заповедниками средневекового патриархата с бесправным, темным населением. Этаким задним двором России, на правах преемницы СССР.
Точнее, было принято. Сентябрь 2022-го всю эту великодержавную публику от души потроллил.
Мы, конечно, ничего такого про Узбекистан не думали. Среди нас не было телезрителей, наш телевизор- это Ютуб, наши источники- книги и интернет, а страсть- изучение мира. И пусть эту поездку трудно было назвать путешествием- готовились мы к ней так же. Просто в более, скажем так, сжатые сроки. И ослов, измученных похотливыми горожанами, на проспекте Амира Темура увидеть не надеялись.
И все же- Ташкент удивил. Удивил и порадовал.
Нас встретил современный, живой, на глазах развивающийся мегаполис. Определенно больше европейский, нежели азиатский. Молодой, потому что ценой страшного землетрясения 60-х обрел право на новое рождение. Живой и суетливый днем, ярко освещенный по ночам.
С просторными руслами проспектов, по которым течет шумная, беспорядочная, почти целиком белая река машин одной марки- местной инкарнации Шевроле. С архитектурой, в орнаментах которой даже в спальных районах все равно читается восток.
С бесконечными парками и скверами, за которыми здесь ухаживают с таким вниманием и любовью, так вычесывают, подстригают и поят, будто это- живые существа.
С барами, кофейнями, и симпатичными витринами. С аптеками в таком количестве, будто добрая часть жителей Ташкента постоянно болеет.
И, как казалось тогда- со всеми привычными нам, и уже необходимыми, сервисами.
Многим ведь знакома ситуация, когда предстоит попасть в город или страну, про которую почти ничего не знаешь, и прожить там долгое время? И в первые же свои часы на новом месте лихорадочно оцениваешь, какова она будет, эта самая жизнь? И выдыхаешь, придя к выводу, что вполне ничего.
Вот и мы тогда тоже дружно выдохнули. В целом- правильно сделали, но, как в том старом анекдоте- есть нюанс. Точнее- нюансы, их много. Потому что выдохнули мы в тот момент пока еще как туристы.
А вдохнули полной грудью уже как местные жители.
Так что дальнейший рассказ- об этих самых нюансах.
О жизни в Ташкенте и Узбекистане.