Весной 1945 года немецкий генерал-майор Баммлер встретил военнопленного Зигфрида Кнаппе в Красногорском лагере в России. Как только Кнаппе прибыл, Баммлер строго сказал ему: «Вам нужно избавиться от красных полос на брюках», имея в виду красные полосы на офицерских брюках, символ элитного статуса. Далее он объяснил, что в лагере нет элиты и что ему не следует выставлять напоказ свое звание.
Позже другие заключенные шептали Кнаппе, что Баммлер сотрудничает с русскими в обмен на лучшее питание и обращение, и не все можно было сказать ему с его помощниками. За каждым бараком, тесным сооружением размером 10 х 24 метра, наблюдал немец, записавшийся как антифашист. У надзирателя была своя отдельная комната в углу барака, а заключенные спали на соломенных матрацах на трехъярусных нарах с плохим освещением.
Типичный будний день в лагере начинался с утренней переклички в 6 утра, которую вел комендант лагеря. После переклички на русском и немецком языках были зачитаны тенденциозные новости, указывающие Кнаппе на ухудшение отношений между СССР и Западом.
Подавали завтрак, а затем заключенные шли в открытый сарай, чтобы помыться перед тем, как отправиться на работу. Старшие офицеры были освобождены от работы, но все офицеры до гауптмана включительно должны были работать. Однако некоторые старшие офицеры добровольно присоединялись к рабочим бригадам, чтобы не скучать. Заключенных заставляли работать на лесозаготовках, заводах в Москве и в самом лагере.
Жизнь в Красногорском лагере была однообразна и сурова, о роскоши и речи быть не могло. Заключенным разрешалось бриться только раз в 2-3 месяца, а бритвы хранились под замком у русских охранников. Кроме того, заключенным приходилось бороться с клопами, которые заполонили бараки и были уничтожены лишь временно во время дезинфекции. Больных узников отправляли в лагерный лазарет, где им оказывали медицинскую помощь немецкие врачи и санитары.
Заключенных заставляли работать по 8 часов в день 6 дней в неделю в обмен на еду, сигареты и небольшую зарплату. Несмотря на суровые условия, немецкие военнопленные адаптировались и усердно работали, часто находя способы извлечь максимальную пользу из своего положения. Они смогли привезти дрова с работы в лесу и продать их другим заключенным.
Те, кто работал на фабриках, привозили маленькие кусочки металла и плексигласа, чтобы продать их тем, кто мог сделать из них что-то полезное. Некоторые заключенные даже организовывали неформальные лекции и занятия, делясь своим опытом в различных областях, а другие практиковали свои языковые навыки, общаясь с заключенными из разных стран.
В свободное время заключенные играли в карты, хоть это и было запрещено, но охрана закрывала глаза, лишь бы это делалось мирно. Каждые несколько месяцев в Красногорске проходили чемпионаты по бриджу и шахматам, которые по праву назывались «международными», так как в них участвовали представители многих стран Европы.
Российские власти регулярно допрашивали заключенных, чтобы получить информацию об их военной службе и деятельности во время войны, особенно в отношении любых действий, которые привели к разрушению населенных пунктов и гражданского населения. Однако конкретно Зигфрид Кнаппе представлял интерес как офицер оперативного отдела 56-го танкового корпуса во время обороны Берлина, а также побывал в бункере фюрера в последние дни войны. Российские власти стремились получить полную картину того, что произошло в последние дни войны, а это означало добычу информации о Гитлере, Геббельсе, Бормане и других видных деятелях нацистской иерархии.